Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Наша София

Авторы :

№ 8 (1337), ноябрь 2016

IMG_4175Казалось бы, такая крупная величина, как София Губайдулина, давно живущая в Германии, принадлежит всему миру. Но юбилейный концерт к ее 85-летию, прошедший в Малом зале Московской консерватории, показал, как прочно она связана со своим Отечеством и с Alma Mater, насколько обе стороны нуждаются друг в друге.

IMG_4139Музыкальное торжество опекал лично ректор консерватории А. С. Соколов, предоставивший юбиляру обновленный Малый зал прямо в день ее рождения, 24 октября 2016 года. И из всех возможных точек мира она лично присутствовала именно в родных пенатах. Приветствуя Софию Асгатовну на сцене, ректор отметил, в каком выдающемся ряду почетных профессоров нашего вуза пребывает ныне бывшая выпускница Московской консерватории, а в заключение вечера лично преподнес ей праздничный букет. «О да: родина», – такие слова имеются в исполненной в тот вечер кантате. И от такой части Родины, как Москва, теплые слова произнес Председатель Союза композиторов Москвы О. Б. Галахов.

IMG_4183Первым прозвучавшим произведением стала кантата «Теперь всегда снега» (1993) на стихи Г. Айги. И неслучайно. С ее премьерой в Москве связано рождение Камерного хора нашей консерватории, когда Б. Г. Тевлин впервые собрал для этого своих учеников. А в юбилей автора традицию исполнения того же сочинения продолжил теперешний руководитель Камерного хора Александр Соловьев. При этом инструментальную партию взял на себя другой консерваторский коллектив – Ансамбль солистов «Студия новой музыки». Музыкантам наглядно удалось донести сложную идею одного из лучших созданий Губайдулиной, показав всю значительность ее певческих и инструментальных красок.

IMG_4229Центром юбилейного вечера стала мировая премьера сочинения «Простая молитва» для чтения, двух виолончелей, контрабаса, фортепиано и ударных (2016), посвященного В. Тонха. Такой воистину царский подарок сделала С. Губайдулина своей Alma Mater. Тексты она отобрала из сборников «Ирландские молитвы», «Gotteslob», многих псалмов, «Молитвослова», «Песни песней», а главное из «Простой молитвы», приписываемой Франциску Ассизскому (в оригиналах выбранные тексты входят в ее крупную ораторию «О любви и ненависти», исполненную сейчас в Таллинне и Дрездене). Пребывая в своих мыслях на высочайшей духовной вершине, Губайдулина в «Простой молитве» сделала попытку осуществить новый жанр – службу без пения, где главным компонентом  выступает слово. Причем на русском языке. Темы она взяла и о надежде, и о печали, и о лютости врагов, злобе нечестивых, и о молитве за всех… Но самыми потрясающими для нее стали слова Франциска:

Боже! Помоги мне
не в том, чтобы меня утешали.
Но: чтобы я мог утешить.
Не в том, чтобы меня понимали.
Но: чтобы я понимал…
Не в том, чтобы меня любили.
Но: чтобы я любил…

В качестве чтеца с самого начала Губайдулина мыслила Владимира Тонха, ее пожизненного российского исполнителя-виолончелиста, и он превосходно воплотил все эти духовные откровения. Помимо чтения и его собственной игры, в исполнении участвовал ансамбль педагогов и студентов РАМ им. Гнесиных, в том числе виолончелист Владислав Провотарь и пианист Денис Бурштейн. Музыка чрезвычайно ярко отзывалась на смысл читаемых слов, а композиция объединялась появлением тем на расстоянии. Произведение Софии Асгатовны по духовности-музыкальности оказалось уникальным!

Завершил торжественный вечер «Fachwerk» – концерт для баяна, ударных и струнного оркестра. Солистом предстал другой «сотворец» музыки Губайдулиной – Фридрих Липс. Глубина и мастерство его исполнения дополнялись полной энтузиазма игрой молодых – Камерного оркестра «Гнесинские виртуозы» под управлением Михаила Хохлова.
Стоячие овации, взаимные восторги на юбилейном концерте Софии Губайдулиной в Московской консерватории словно отвечали словам: меня понимали и я понимал, меня любили и я любил…

Профессор В. Н. Холопова

Консерватория празднует юбилей!

Авторы :

№ 7 (1336), октябрь 2016

12 сентября

День рожденья консерватории, который так ждали – наступил. И даже вылился в несколько праздничных вечеров, окруживших его. Музыка царила везде, даже на улице – возле памятника Чайковскому выступали музыканты, а на экранах по бокам шли фильмы, рассказывающие о ее прошлом и настоящем. Но главным в эти дни, естественно, был прекрасный Большой зал.

Гости и друзья консерватории из разных городов и стран, ректоры известных музыкальных вузов, министр культуры России В. Мединский, советник по культуре Президента России В. Толстой и многие, многие другие, для которых слова Московская консерватория бесконечно значимы, присутствовали кто на торжественном собрании, кто на праздничных концертах… В адрес рожденного 150 лет назад образовательного Храма музыки отовсюду звучали слова любви, почтения, восхищения, благодарности. К ним присоединился и Президент страны.

12 сентября

12 сентября, накануне главного дня, праздничный марафон открылся, как и должно, Первым фортепианным концертом Чайковского. Его исполнили два молодых выпускника консерватории Андрей Гугнин (I часть) и Никита Мндоянц (II–III части) в сопровождении Концертного симфонического оркестра МГК под управлением профессора Анатолия Левина.

13 сентября в Большом зале выступали уже маститые консерваторцы, профессора, представляя разные грани высокого исполнительского искусства: фортепиано, скрипку, альт, виолончель, вокал.

13 сентября

Программу открыл Николай Луганский, снова музыкой Чайковского – «Осенняя песнь» и «На тройке» из «Времен года» сразу настроили зал на высокий, элегический лад. Затем в его исполнении звучали «Музыкальные моменты» Рахманинова, Александр Рудин предложил вниманию Интродукцию и рондо-каприччиозо Сен-Санса в транскрипции для виолончели и ф-но (Маргарита Петросян), Маквала Касрашвили спела Арию Тоски из оперы Пуччини. Во втором отделении Виктор Третьяков и Юрий Башмет (как солист и дирижер) подарили слушателям Концертную симфонию для скрипки и альта с оркестром Моцарта в сопровождении ансамбля «Солисты Москвы».

13 сентября

Юбилейный концерт вел Владимир Молчанов, создав теплую, сердечную атмосферу. А затем музыкальный вечер плавно перетек… в праздничный ужин-бал в Гостином дворе, куда всех приглашенных отвезли уже стоявшие наготове автобусы.

14 сентября сцена Большого зала была отдана грядущей консерваторской смене – ученикам ЦМШ и Мерзляковского училища. С ними вместе в тот вечер выступали и курсанты института военных дирижеров – в прошлом факультета Московской консерватории.

15 сентября наряду с насыщенной камерной вокально-инструментальной программой, в Большом зале выступил Сводный симфонический оркестр студентов консерватории (руководители А. Левин и В. Валеев). Студенческий оркестр, во главе которого встал профессор Валерий Полянский, исполнил великую Пятую симфонию Чайковского, достойно завершив праздничный музыкальный марафон.

Собкор «РМ»
Фото Дениса Рылова

Молодежь – юбилею Alma Mater

№ 7 (1336), октябрь 2016

Уже шесть лет, начиная с 2010 года наступающий учебный год традиционно приветствует слушателей ярким и всегда уникальным по своему составу фестивалем – «Творческая молодежь Московской консерватории». В этом году сентябрьский фестиваль, конечно, был приурочен к главному событию года – юбилею Alma Mater.

С 1 по 24 сентября искушенная консерваторская публика посетила десять концертов, где получила замечательную возможность насладиться выступлениями молодых выпускников и студентов, многократных лауреатов международных конкурсов. Среди исполнителей, принявших участие в фестивале в этот раз – солисты Арсений Тарасевич-Николаев, Алексей Мельников, Дмитрий Майборода, Дарья Каменева, Даниил Коган, Леонид Железный, Степан Стариков, Анна Савкина, Елена Таросян, Елизавета Симоненко, Нина Куприянова, Татьяна Емельянова, Константин Сучков, Николай Ефремов, Наталья Кучина, Ирина Поливанова; и камерные ансамбли, возникшие в стенах консерватории: Полина Куликова и Екатерина Жемайтис (фортепианный дуэт), Александр Широков, Олег Гусев, Лидия Аристова (трио), и Владислав Паутов, Федор Безносиков, Арсений Безносиков (трио); Московский юношеский камерный оркестр под руководством Даяны Гофман, Ансамбль современной академической музыки «Mixtum Compositum» (художественный руководитель Д. Писаревский, дирижер С. Акимов).

Закрытие фестиваля в Рахманиновском зале (24 сентября) совпало с преддверием дня рождения Дмитрия Шостаковича, и программа вечера была полностью посвящена юбиляру. Как рассказал идейный вдохновитель и организатор вечера Д. Писаревский, эта программа, продуманная заранее, уже в процессе формирования концертного плана была включена в состав фестиваля. И это более, чем оправдано: все исполнители – выпускники и студенты консерватории, что отлично вписывалось в концепцию «Творческой молодежи».

Важной деталью заключительного фестивального концерта стало непосредственное общение Д. Писаревского с публикой. Он выступил в роли ведущего, представляя краткую аннотацию к каждому произведению. С ним мы потом обсудили и отдельные детали прошедшего музыкального праздника.
Торжественный вечер посетила семья Шостаковича – вдова композитора И. А. Шостакович, внук Дмитрий с детьми Митей и Алешей и внук Максим с женой Ксенией. «Ирине Антоновне очень понравился концерт и то, как составлена программа. Особенно она отметила “Сатиры”», – рассказывает Денис. Действительно, «Сатиры» на слова Саши Черного в исполнении Александры Коневой (сопрано) и Дениса Писаревского (фортепиано) оказались одной из вершин вечера: блестящее, полное артистизма исполнение, слаженный, прочувствованный до мельчайших подробностей дуэт… «Сатиры», безусловно, оставили ярчайшее впечатление!

Да и все, что звучало в этот вечер, захватывало и потрясало. Программа была составлена по принципу контрастов, и почти трехчасовой концерт пролетел на одном дыхании. Каждое отделение открывала фортепианная музыка, и единственное в концерте сочинение, не принадлежащее перу Шостаковича – фортепианная соната М. Вайнберга – в руках Михаила Бузина виртуозно заиграло насыщенными красками, и публика долго не отпускала пианиста.

Завершали отделения крупные ансамбли в исполнении солистов «Mixtum Compositum» под управлением Сергея Акимова. Очень выразительно прозвучали Октет и Квартет, джазовая сюита внесла в программу легкую танцевальную ноту. Но драматургическим центром всего концерта стал «Антиформалистический раек».

«Первое, что меня интересовало – это исполнение “Райка”. Вся остальная программа составлялась с учетом этого произведения», – рассказывает Денис. В его аранжировке сочинение прозвучало впервые при участии ансамбля («Mixtum Compositum»), смешанного хора (выпускники и студенты ДФ) и солистов: Евгения Шаченко (бас и ведущий) и Виталия Жданова (баритон – Единицын, Двойкин и Тройкин).

«Раек» звучал абсолютно по-новому, местами неожиданно, но это был настоящий Шостакович по смыслу, по духу. Благодаря артистизму и увлеченности участников, исполнение превратилось в эффектную театральную сценку, точно передающую сатирический замысел Шостаковича. Импровизированные танцы солистов в финале, актерская игра исполнителей, соло дирижера на балалайке, прекрасная аранжировка – вызвали бурную реакцию публики. «Раек» стал апофеозом концерта.

Оркестровка «Райка» вызывает особый интерес. В оригинале сочинение существует лишь в клавире. «Те оркестровки, которые я слышал, на мой субъективный взгляд не являются достаточно яркими и самостоятельными», – говорит Писаревский. И 24 сентября мы смогли услышать то, как Денис, молодой композитор, решил поставленную задачу: «Я не старался подражать оркестровке Шостаковича, хотя местами какие-то характерные моменты использовал – ксилофон, низкие тембры. Col legno в его партитурах нечасто встречается, но грех было этим не воспользоваться!» Интересной находкой стали включения новых цитат (Глинка, Чайковский, Римский-Корсаков, Бетховен и другие) – появляясь в соответствии с текстом, эти небольшие детали не только не нарушили музыкальную ткань, но усилили гротескное настроение, подчеркивая характерные черты музыки Шостаковича. «Добавляя все эти цитаты, я с большим уважением относился к авторскому тексту и не убрал ни одной ноты Шостаковича. То есть все цитаты звучат одновременно с его музыкой», – подчеркивает Писаревский.

Музыкальный вечер поставил не точку, не многоточие – восклицательный знак как окончание фестиваля! Пока в консерватории не иссякнут молодые, жадные до настоящего искусства музыканты, бережно хранящие связи с прошлым и смело идущие вперед, – она продолжит выпускать все новые и новые поколения по-настоящему творческой молодежи.

Ольга Ординарцева

В честь профессора Бюхнера

Авторы :

№ 7 (1336), октябрь 2016

Субботним вечером, 3 сентября в Рахманиновском зале состоялся концерт, в котором прозвучали сочинения давних профессоров Московской консерватории, корифеев отечественной школы флейтового искусства: Владимира Цыбина (1877–1949), Николая Платонова (1894–1967) и их выдающегося предшественника Фердинанда Бюхнера (1825–1906), основателя российской флейтовой школы, 190-летию которого был посвящен этот музыкальный вечер. Едва ли не все сочинения уникальной программы, были в буквальном смысле реанимированы, возвращены в современную концертную практику флейтистом Сергеем Журавлем.

Нет нужды удивляться феноменальной музыкальной культуре профессоров, заложивших основы флейтового образования в столичной консерватории. Тот же Цыбин помимо специального инструментального класса закончил Санкт-Петербургскую консерваторию по сочинению у А. Глазунова, чтением оркестровых партитур занимался у А. Лядова, дирижированием (одновременно с Прокофьевым) – у Н. Черепнина. То же можно сказать и о Платонове, сочинительство которого было отнюдь не прикладным и сугубо дидактическим по своим задачам. Соната для флейты и фортепиано, созданная Платоновым в 1958 году, не издавалась. По авторской рукописи она была восстановлена и отредактирована С. Журавлем. Сочинение это, обладающее всеми свойствами подлинной поэтической самобытности, уверен, найдет достойное место в ряду шедевров жанра.

Настоящим и весьма интригующим открытием представленной программы стала российская премьера «Grand conсerto» для флейты с оркестром фа-минор самого Фердинанда Бюхнера в инструментально-драматической версии Валерия Кикты. Клавир концерта был опубликован издательством Peters еще в 1896 году, но ни в российских, ни в немецких архивах не удалось обнаружить оркестровой партитуры. Впервые С. Журавель исполнил это сочинение в сопровождении фортепиано на государственном экзамене в 2014 году. Присутствовавший на экзамене В. Кикта был, по его признанию, пленен «потаенной загадочностью» образной драматургии неординарного произведения.

Инструментуя клавир, автор знаменитых «Фресок», ни в чем не изменил себе, не отказался от свойственных ему способов тончайшего оркестрового живописания. И дело не в том, что три части циклической композиции получили «программные» названия, а в том, что в новой оркестровке сложная тектоника концерта обрела первозданное единство. В «зримой» оркестровой живописи с ее неповторимыми тембровыми «рифмами» и сквозным становлением общей палитры преодолена очевидная образная «раздробленность» исторического артефакта – В. Кикта вдохнул в дивертисментную конструкцию сочинения новую, по-настоящему симфоническую жизнь. Его оркестровка – образец филигранной работы во всем, а главное ее достоинство – образно-драматургическое единство композиции. Сомневаться в том, что у столь яркой «драматической версии» концерта Бюхнера судьба будет счастливой, не приходится.

Все участники концерта, а это помимо солиста Сергея Журавля, камерный состав симфонического оркестра радио «Орфей» (дирижер Сергей Кондрашев), пианистка Ирина Журавель, солисты «Conoro-Quintet» Федор Егоров, Илья Ярцев, Виктор Таран и Анастасия Батракова – продемонстрировали ансамблевое мастерство, высочайшие критерии которого и были определены авторами прозвучавших сочинений.
Меня не в первый раз удивляет и восхищает колористическая и динамическая многомерность флейтовой палитры С. Журавля. Отнюдь не многим современным музыкантам удается сочетать исключительную виртуозность с тем, что я бы назвал культурой инструментального интонирования. Тембровая фонетика музыканта заставляет в звучании его флейты отчетливо распознать воплощение весьма разнохарактерных голосов-образов – от нерукотворного человеческого до инструментальных (труба, валторна, кларнет, гобой, смычковые струнные, клавесин, арфа…). Объяснить столь уникальный феномен очень трудно, почти невозможно, но то, что он является драгоценной частью ансамблевой музыкальной культуры России нового времени – бесспорно.

В тот вечер высокое искусство С. Журавля стало музыкальным приношением первому профессору по классу флейты в Московской консерватории, достойной данью его памяти.

Профессор Юрий Абдоков

Привет кашкайской принцессы

Авторы :

№ 6 (1335), сентябрь 2016

Парвин Бахмани

Ранним июльским утром в центре «Музыкальные культуры мира» Московской консерватории раздался телефонный звонок. «Салам! Собх-э шома бэхэйр! Хале шома четорид? Хастэ набашид…..», – сладкой патокой потекла персидская речь, заставляя слушающего судорожно перебирать в памяти всех знакомых иранских дам, которым мог бы принадлежать этот теплый хрипловатый голос. И вдруг: «Парвин! Ман-ам Парвин!» Бог мой! Да ведь это же Парвин Бахмани, человек-легенда, которую знает весь Восток и именем которой называются целые фестивали традиционной культуры! Чуть ранее, 28 июня она выступала вместе с другими иранскими поющими женщинами, в невероятной программе «Хранительницы», собравшей  представительниц разных этносов и регионов Ирана. Сила воздействия этой программы была необычайной. Россыпь самобытных, ярких традиций, подаренных нам в тот вечер удивительно талантливыми представительницами культуры Мазендарана, Керманшаха, Курдистана, Северного Хорасана, будоражила воображение, а главное – наводила на глубокие размышления о корнях нашей собственной культуры.

Парвин Бахмани

Здесь следует пояснить, что концерт «Хранительницы», о котором идет речь, проходил в рамках ставшего уже знаменитым международного музыкального фестиваля «Вселенная звука», проходящим в этом году уже в 14-й раз, а также был очередным этапом в развитии  деятельности центра «Музыкальные культуры мира» по изучению иранской музыкальной культуры. Вот уже несколько лет эта линия в работе Центра ведется под руководством уникального иранского специалиста Хосейна Нуршарга. Будучи блистательным певцом, носителем традиции классического иранского пения (аваза), Хосейн Нуршарг является также тонким знатоком своей культуры, умеющим установить контакты и найти пути к лучшим представителям самых разнообразных областей науки и творчества. За время своего сотрудничества с Московской консерваторией ему удалось привлечь в Москву таких видных ученых, как Хамидреза Ардалан, Мохаммадреза Дарвиши, Ардешир Салехпур, не только лично приезжавших на наши симпозиумы и круглые столы с докладами о музыкальных и театральных явлениях иранской культуры, но и привозивших с собой поистине редких исполнителей: 96-летнего курдского сказителя Хезера Гадергармави (в этом году отпраздновавшего свое 100-летие и снова рвущегося в полюбившуюся ему Московскую консерваторию), единственного знатока лакских погребальных песен Берагоджара Тахмасебьяна, дарвиша из ордена Ахл-е-хаг Араша Шахриари и многих, многих других.

Музыканты из Дагестана

В этом потоке иранских событий Московской консерватории были как «тихие» процессы, постоянная учебная и исследовательская работа (лекции, мастер-классы, творческие встречи, научные проекты), так и «громкие», вершинные явления, такие как показы театрализованных религиозных мистерий тазийе, повествующих о трагической участи потомков Пророка, как концерты-парады традиционных звуковых культур Ирана (концерт «Живые сокровища» в июне 2015 года, продемонстрировавший «мужские» песнопения и инструментальные жанры разных регионов Ирана и уже упомянутый «женский» концерт «Хранительницы»), а также блистательные выступления мастеров классической иранской музыки в Большом и Малом залах консерватории: Маджида Дэрахшани, Али Гамсари, Хале Сэйфизадэ и, конечно же, самого Хосейна Нуршарга. В конце августа этого года, в Концертном зале Международного союза музыкальных деятелей центр «Музыкальные культуры мира» показал еще одну необычную иранскую программу – выступление братьев-близнецов Али и Мохаммада Саиди и группы «Фераг» под руководством талантливого сантуриста Пежмана Эхтиари  И снова, несмотря на август, «мертвый сезон» в концертной жизни Москвы, зал был полон, и слушатели долго не расходились, выспрашивая музыкантов и организаторов о новых программах, о записях иранской музыки, о курсах по игре на иранских инструментах.

Наблюдая за тем, как все более и более заполняются концертные залы на выступлениях иранских музыкантов, невольно задаешься вопросом: почему эта музыка так волнует наши сердца, так манит нас в некие полузабытые, но явно родные звуковые миры? Никто из нас, живущих на просторах необъятной России и считающих себя россиянами, не может быть уверен в том, что доподлинно знает свои корни, свою родовую историю. Ясно одно, что принадлежность к индоевропейской языковой группе неизбежно роднит нас с иранской и индийской звуковыми культурами. Поэтому с таким успехом проходят иранские и индийские концерты.

Музыканты из Дагестана

Центр «Музыкальные культуры мира» летом 2016 года провел два больших фестиваля: 14-й «Вселенная звука» и 10-й «Собираем друзей». Это не только 26 разнообразных концертов, в которых приняли участие посланцы Албании, Армении, Болгарии, Индии, Ирана, Китая, Колумбии, Кореи, Македонии, Мексики, Туркмении, Японии, российских республик: Тывы и Дагестана, – но и параллельная познавательная деятельность, череда обучающих курсов. Ни для кого не секрет, что при Центре уже много лет существуют классы японской, китайской, индийской музыки, руководимые прославленными зарубежными музыкантами и их консерваторскими дипломированными воспитанниками. Но были и новые учебные циклы: теоретический курс иранского радифа, проведенный международно известным специалистом в этой области Дариушем Талаи и нашедший продолжение в практическом курсе игры на сетаре мастера Али Казэми, а также серия мастер-классов теории и практики североиндийской классической музыки известного исполнителя на сароде Атиша Мукхопадхьяя.

Что же заставило кашкайскую принцессу Парвин Бахмани, вернувшись домой после московского концерта, предпринять неведомые нам усилия, чтобы разыскать нужный номер телефона и выплеснуть на собеседника бурный поток дум и чувств, почерпнутых в ее непростом путешествии в Москву?

Ханум Бахмани горячо благодарила Россию, москвичей, людей, пришедших на концерт и с огромным вниманием слушавших песни ее народа. Она говорила о великом предназначении России, о глубоком уважении к нашей культуре. И главное – она узнала, что Московская консерватория празднует в этом году свое 150-летие, поэтому не могла не поздравить нас с этим грандиозным праздникам. «Я тяжело больна, – сказала, Парвин, – но у вас, в Москве я будто заново родилась. Бог видит вас и я буду много и долго его просить, чтобы он сопровождал Московскую консерваторию своей благостью на всем ее благородном пути.

Счастья вам и здоровья, дорогие люди Московской консерватории!»

Проф. М. И. Каратыгина

Слушать – понимать – объединять

Авторы :

№ 6 (1335), сентябрь 2016

9 июня в Большом зале консерватории состоялось крупное культурное событие – выступление оркестра Российско-немецкой музыкальной академии под руководством маэстро Валерия Гергиева. Деятельность Академии, о которой наша газета уже рассказывала своим читателям («РМ», 2015 № 2), способствует, по словам ее организаторов, «укреплению контактов между молодыми музыкантами и деятелями культуры России и Германии». Очередной диалог двух стран осуществили солисты оркестров Мариинского театра, Берлинской филармонии, Баварского радио и Гамбургской оперы, подготовив программу, которую они затем повторили 6 июля в Концертхаусе Берлина. Девизом этой программы стала триада: «слушать – понимать – объединять!».

В качестве представителя русской классической музыки был выбран юбиляр текущего года – Сергей Прокофьев, чьи сочинения Гергиев с успехом представлял на своем недавно прошедшем Пасхальном фестивале. В этот раз он вновь обратился к Третьему фортепианному концерту, а солистом выступил молодой пианист Бехзод Абдураимов. Интерпретация этого весьма популярного произведения вызвала неоднозначные реакции у слушателей. Обращала на себя внимание четкая дифференциация тембров оркестра, выразительность каждого инструмента, яркие контрасты между разделами и, наконец, настоящий прокофьевский задор и тонкий юмор, переходящий в иронию. Однако из-за чересчур быстрого темпа и лирические, и жанрово-танцевальные эпизоды были «на одно лицо» – складывалось ощущение некого бесконечного движения, perpetuum mobile, которое не нарушили даже аплодисменты между частями. По мнению газеты «Times», солист Абдураимов является мастером во всех смыслах, и именно это он пытался продемонстрировать своей игрой. Его исполнение сочетало в себе виртуозность и, одновременно, свободу, наиболее смело – в каденциях (особенно хорошо ему удавалось «спорить» с оркестром!). Публика долго не хотела отпускать пианиста, и  на «бис» он исполнил «Кампанеллу» Листа.

Симфоническая поэма «Жизнь героя» Рихарда Штрауса заняла все второе отделение и в данный вечер стала олицетворением немецкой музыки. Это масштабное произведение имеет автобиографический характер – известно, что под героем композитор подразумевал себя. Оркестр преподнес поэму в возвышенно-одухотворенном ключе, трактуя ее как исповедь одного человека. Все шесть эпизодов (герой, враги героя, подруга героя и т.д.) предстали перед слушателем единым целым – суровые темы сменяли лирические, отражая тем самым внутренний мир персонажа. Как и в случае с Прокофьевым, здесь слегка удивил выбранный темп – но в этот раз он оказался немного медленным и затруднял восприятие слушателей. Но это нисколько не нарушило стройность композиции и ее яркое оркестровое воплощение.

Однако кульминацией концерта (пусть и первым номером) стала российская премьера нового сочинения одного из наиболее известных современных российских композиторов, профессора Московской консерватории Владимира Тарнопольского. Пьеса под названием «Tabula Russia», написанная по заказу Роттердамского филармонического оркестра и посвященная В. Гергиеву, является фонетической и смысловой аллюзией на выражение tabula rasa. Композитор обратил идею античных восковых табличек (на них писали текст, предварительно убирая предыдущий) в философскую концепцию-размышление о судьбе России, которая, стремясь к идеальному существованию, всякий раз пишет собственную историю. В произведении можно обнаружить мотивы неумолимо движущегося времени – ретроспективу событий России, ярко и образно изображенную в оркестре. «Стержнем» и музыкального, и идейного развития стала аллюзия на звучание низкого колокола – не столько русского символа, сколько, по словам В. Тарнопольского, архетипа русского сознания. Стирание загадок прошлого обнаружило явление настоящего: сквозь сонорное звучание медленно проступила торжественно-ликующая quasi русская тема в духе Стравинского – с характерной попевочностью и подчеркнутым «удалым» ритмом. Постепенно теряя четкие формы и рассеиваясь на отдельные элементы, в самом конце пьесы она превратилась в восходящий мотив, замирающий в высоком регистре, подобно вопросу, оставшемуся без ответа. Каждое исполнение произведений В. Тарнопольского сопровождается неизменным успехом, что и подтвердил этот вечер. Публика стоя аплодировала композитору и оркестру, достойно выполнившему свою непростую задачу.

Несомненно, концерт Российско-немецкой музыкальной академии стал важным этапом взаимодействия двух великих культур. Музыка вновь объединяла людей вне зависимости от их национальности и даже политики. Высокий уровень исполнения показал, насколько важно молодежи находиться в постоянном контакте друг с другом, обмениваться опытом, разговаривать языком искусства, понятным в любой стране. И тогда «обнимутся миллионы»!

Надежда Травина,
студентка ИТФ
Фото Руслана Шамукова

Симфония «тысячи участников» в русском прочтении

Авторы :

№ 5 (1334), май 2016

Три года назад Валерий Полянский начал свой грандиозный цикл «Малер и его время», против ожидания, не с Первой, а с Десятой симфонии, впервые в России прозвучавшей в версии Рудольфа Баршая. И вот, 21 апреля наступил финал – Восьмая симфония, редко исполняемая из-за своего огромного состава.

Несмотря на то, что это не последнее сочинение Малера, оно ощущается как пик его творческих исканий. Тот путь обретения гармонии, который композитор искал во Второй и Третьей симфониях (где тоже использованы хор и солисты), теперь воплотился на более высоком уровне. Конечно, «тысяча участников» – это недостижимая величина в наши дни, но в Большом зале удалось собрать около четырех сотен. Для дирижера и солистов пришлось ставить подмостки перед сценой, убирать первый ряд в зале, а дополнительную медную группу и вовсе размещать на балконе.

Конечно, подобная масса исполнителей понадобилась Малеру не просто так, она соответствовала широте его потребностей. Симфония длится почти 100 минут и поделена нестандартно на две крупные части, которые, как инь и ян, дополняют друг друга. Поскольку хор здесь используется от начала до конца, Восьмая симфония приближается к духовной кантате или оратории.

Тексты, использованные Малером, также относятся к духовной тематике. Они принадлежат разным эпохам и написаны на разных языках (первая часть – гимн IX века «Veni, Creator», вторая часть – заключительная сцена «Фауста» Гете), но Малер находит в них общую идею духовного мира и блаженства, выраженного в прекрасном. От других композиторов, обращавшихся к «Фаусту», Малера отличает меньший интерес к жанрово-бытовой стороне сюжета, которая привлекательна в своем роде, и больше его морально-этический вывод, выраженный в изречении главного героя: «В начале было дело».

Разучивать любую симфонию Малера непросто, поскольку ничто не создано, чтобы «угодить» исполнителю. Напротив, композитор часто заставляет инструменты играть на пределе их возможностей, чтобы они звучали громче и резче. Необходим долгий процесс нахождения баланса. Даже при нехватке сценического пространства Полянский добился более или менее равного соотношения групп оркестра. Контрапункты и подголоски, которыми Малер всегда любит наполнить фактуру, Полянский бережно подсветил, чтобы они не затонули в звуковом море. Но там, где надо было рявкнуть медью, он железной рукой не дал оркестру разойтись.

Помимо оркестра в исполнении симфонии участвовало несколько  хоров. Основный костяк – Капеллу Валерия Полянского – усилили оба хора Московской консерватории (большой, руководимый проф. С. С. Калининым, и Камерный, руководимый доц. А. В. Соловьевым), а также детский хор ДМШ им. Г. Струве (руководитель Е. Еремеенко). Заставить работать вместе весь этот огромный организм – задача не из простых, но маэстро это удалось. Многочисленные имитации между группами звучали слаженно.

Одна из задач, которую Валерий Полянский ставил при работе над Восьмой симфонией, была певучесть мелодии. В огромной звуковой массе часто теряется лирическая сторона Малера, который, как известно, часто уходил в горы для поисков вдохновения. Валерий Полянский определенно не дал чувствам потеряться и добился проникновенности в тихой кульминации второй части, где первый скрипач оркестра Андрей Кудрявцев очаровал зал своим соло, и затем в «Мистическом хоре», который и вовсе как будто поднялся из самых недр земли.

«Малер и его время» – это первый цикл «русского» Малера со времен аналогичных замыслов Кирилла Кондрашина и Евгения Светланова. Очень хочется верить, что не последний.

Михаил Кривицкий,
студент ИТФ

Маститые сыграли с молодежью

Авторы :

№ 5 (1334), май 2016

В честь юбилея Московской консерватории на сцене Большого зала прозвучала музыка Людвига ван Бетховена в исполнении Николая Луганского и Владимира Спивакова. Выбор исполнителей пал на Четвертый фортепианный концерт и Седьмую симфонию.

Оба всемирно признанных музыканта – выпускники Московской консерватории. Николай Луганский – лауреат Х Международного конкурса имени П. И. Чайковского (1994), ученик профессоров Т. П. Николаевой и С. Л. Доренского, с 1998 года сам преподает в консерватории. Владимир Спиваков учился скрипичному мастерству в классе профессора Ю. И. Янкелевича, в год окончания аспирантуры стал лауреатом IV Международного конкурса имени П. И. Чайковского (1970).

Перед началом концерта в небольшой вступительной речи ректор, профессор А. С. Соколов отметил, что ему очень приятно видеть на сцене Аlma mater двух ее знаменитых выпускников. Он тепло поблагодарил Владимира Теодоровича за репетиции с консерваторским оркестром (художественный руководитель проф. А. А. Левин) и вручил каждому музыканту памятный подарок в честь юбилея: скульптурную композицию, в которой объединены фронтон Большого зала, фортепианная клавиатура и органные трубы.

Четвертый концерт – пожалуй, самый необычный в творческом наследии Бетховена. Во-первых, в нем первым вступает не оркестр, а солист (если и есть другие фортепианные концерты, написанные в те годы со столь же нетривиальным для своей эпохи началом, то они совершенно неизвестны). Во-вторых, все три части концерта нетипичны ни для жанра концерта, ни для самого Бетховена.

Первое Allegro moderato поражает своим неспешным развитием. Вспомним, что предыдущие фортепианные концерты композитора открывались Allegro con brio – с огоньком, буквально! Здесь же, вместо традиционной быстрой части – длинные высказывания философского, подчеркнуто созерцательного характера.

Необычна и вторая часть, Andante, где унисонные суровые высказывания струнных чередуются с жалобными фразами рояля. Она вся идет на «полузвуке», в тихой динамике, и лишь в каденции солист высказывается в полный голос. А каденция эта снова странная – не импровизация на предыдущий материал и не демонстрация исполнительских возможностей, а предельно напряженное (что подчеркивается и гармонически) высказывание. Существует версия, согласно которой, Бетховен писал вторую часть со скрытым программным замыслом, вдохновленный сюжетом об Орфее спустившимся в Аид. Однако, ни подтвердить это, ни опровергнуть нельзя. Подобной трактовки придерживались многие музыканты-романтики, любившие литературные прообразы, сам же композитор таких указаний не оставил.

Финал, пожалуй, более традиционен – чередование тем в рондо, игра мажорных тональностей, сопоставление разных образов радости (спокойной, созерцательной или, напротив, действенной, задорной) – все это вписывается в представления о финалах, которые должны были поставить точку во всем цикле.

Следует заметить, что при жизни композитора Четвертый концерт звучал дважды и оба раза солировал автор (это были последние концертные выступления Бетховена за роялем). Как пишет Л. В. Кириллина в своей монографии: «Знатоки его оценили, однако этот концерт показался слишком необычным и невыигрышным, чтобы привлечь внимание других виртуозов». Концерт и в самом деле не производит впечатления блестящего, скорее в нем есть та простота, которая требует особого наполнения. Пианист не может спрятаться за феноменальной техникой, за сверхскоростной беглостью, хотя время от времени композитор дает ему возможность блеснуть своими возможностями.

Николай Луганский исполнил концерт совершенно потрясающе. Как пианист, не склонный к показным эффектам, как музыкант, тонко чувствующий стиль и дух произведения, он преподнес это сочинение во всей его глубине и многозначности. Конечно же, после такого исполнения публика долго не хотела отпускать любимого солиста. Исполненное на бис Интермеццо из «Венского карнавала» Шумана с блеском завершило первое отделение музыкального вечера.

Во втором отделении прозвучала Седьмая симфония. Ярко, масштабно, как и должно быть. Отдельно хочется отметить Концертный оркестр Московской консерватории, который прекрасно звучал под управлением Владимира Спивакова – точно, слаженно, чутко реагируя на все указания руки. Исполненная на бис Ария из Третьей сюиты Баха оставила после себя легкое, воздушное «послезвучие» и ощущение умиротворения. Хочется верить, что приглашение знаковых дирижеров не прекратится вместе с юбилейными торжествами, а станет доброй традицией.

Надежда Игнатьева,
редактор Интернет-сайта МГК
Фото Дениса Рылова

Валерий Гергиев в Большом зале

Авторы :

№ 5 (1334), май 2016

Большой зал консерватории, 17 мая

К параду знаменитых дирижеров, выступающих в Большом зале в честь 150-летия Московской консерватории, присоединился и Валерий Гергиев. 17 мая, в качестве одного из финальных аккордов грандиозного Пасхального фестиваля, Маэстро с Симфоническим оркестром студентов Московской консерватории предложил вниманию публики серьезную и эмоционально насыщенную программу: симфоническую фантазию «Франческа да Римини» Чайковского, Вступление и Смерть Изольды из оперы «Тристан и Изольда» Вагнера и Девятую симфонию Шостаковича. Уникальный для студентов концерт поставил яркую точку в целой цепи важных музыкальных событий…

11 апреля В. А. Гергиев выступил во главе объединенного оркестра двух руководимых им мировых коллективов – Мариинского театра и Мюнхенской филармонии. Он исполнил сочинения Сергея Прокофьева, 125-летию которого выдающийся музыкант посвящает весь музыкальный сезон (эпизоды из балета «Ромео и Джульетта» и Второй фортепианный концерт в исполнении Д. Мацуева), и Антона Брукнера (Четвертая симфония), одного из корифеев немецкой культуры, с именем которого тесно связано творчество Мюнхенского оркестра. Концерт стал событием не только музыкального, но и политического масштаба – среди слушателей был Президент России В. В. Путин, своим присутствием подчеркнувший непреходящую ценность русско-немецкого культурного диалога.

30 апреля Маэстро уже с ГАСО имени Е. Ф. Светланова и вместе  с Денисом Мацуевым открывал в Большом зале фестиваль юных пианистов Grand Piano Competition, задуманный и претворенный в жизнь замечательным пианистом. В этот вечер звучали увертюра-фантазия «Ромео и Джульетта» Чайковского и снова эффектный Второй фортепианный концерт Прокофьева. Феерическое исполнение Мацуева предваряло ожидаемый пятидневный праздник молодого пианизма, который проходил в Рахманиновском зале консерватории, а завершился снова Большом.

1 мая, в Светлое Христово Воскресенье, Валерий Абисалович с оркестром Мариинского театра по сложившейся многолетней традиции открыл свой XV Пасхальный фестиваль именно в Большом зале консерватории среди внимательно слушающих портретов великих композиторов. В гармонии с праздником в этот раз звучала русская музыка: Н. А. Римский-Корсаков («Три чуда» из оперы «Сказка о царе Салтане»), С. В. Рахманинов (Третий фортепианный концерт в исполнении Даниила Трифонова, лауреата Grand Prix прошлого конкурса имени Чайковского, и блестящие «Симфонические танцы», завершавшие программу) и С. С. Прокофьев (фрагменты музыки балета «Золушка», открывавшие музыкальный вечер).

Пальмира, 5 мая

16 мая, после гастролей по всей России В. А. Гергиев с Мариинским оркестром вновь вернулся в Большой зал. Но за время Пасхальных дней произошли серьезные события. Прервав на день фестивальную программу, маэстро Гергиев со своим оркестром (только мужская часть коллектива!) 5 мая дал концерт под открытым небом в древнем амфитеатре пострадавшей Пальмиры. Концерт вместе с сирийцами на месте слушали наш министр культуры В. Мединский, директор Эрмитажа М. Пиотровский, военные специалисты, многие отечественные и иностранные журналисты. Под управлением Гергиева прозвучали «Классическая» симфония С. Прокофьева и «Кадриль» Р. Щедрина в версии для виолончели с оркестром (солировал Сергей Ролдугин), а в начале программы Павел Милюков исполнил скрипичную Чакону Баха. Трансляцию этой высокой и опасной музыкальной акции в защиту культуры и мира могла видеть и слышать вся планета.

В результате вечер 16 мая в БЗК, задуманный как первый этап завершения Пасхального фестиваля, вышел далеко за его рамки. Он открылся приветственным словом прибывшего в Большой зал консерватории Президента России: В. В. Путин обратился к маэстро В. А. Гергиеву, а также к его творческим соратникам, с благодарностью за верное служение искусству, за их высокую культурную миссию в борьбе цивилизации с варварством, за мужество и преданность гуманистическим идеалам. За этим последовало музыкальное «послесловие»: прозвучали легкое как воздух оркестровое «Скерцо» из музыки к комедии «Сон в летнюю ночь» Мендельсона, лирический «Вокализ» для виолончели с оркестром Рахманинова (солист С. Ролдугин) и блестящие Каденция и Бурлеска из Первого концерта для скрипки с оркестром Шостаковича (солист П. Милюков). А далее вновь царил Прокофьев, грандиозно и впечатляюще. Прозвучали две масштабные музыкальные фрески – 3 акт оперы «Семен Котко» в концертном исполнении (с артистами Мариинского театра) в первом отделении и эпическая Пятая симфония во втором.

Выступление Симфонического оркестра студентов консерватории во главе с В. А. Гергиевым на следующий день, 17 мая, причем в рамках Пасхального фестиваля, оказалось для ребят очень ответственным. Однако, благодаря интенсивной подготовительной работе художественного руководителя коллектива профессора А. А. Левина, студенты в хорошей форме подошли к творческой встрече с выдающимся дирижером. В короткое репетиционное время они восприняли поставленные художественные задачи, чутко следовали за рукой Маэстро, воплощая детали его замысла: взмывающие нарастания к кульминации, выразительные контрасты в обоих романтических шедеврах (особенно удалась страстная «Франческа да Римини»), глубины симфонии Шостаковича от легкой игры до трагических философских монологов.

Публика восторженно приветствовала юных исполнителей во главе с прославленным Маэстро.

Профессор Т. А. Курышева
Фото в БЗК Дениса Рылова

Праздничный вечер

Авторы :

№ 4 (1333), апрель 2016

2 апреля в Малом зале консерватории царило необыкновенное оживление. В воздухе витало ощущение и ожидание праздника – лица пришедших скрывали охапки цветов, кругом доносились радостные голоса профессоров и студентов, концертных энтузиастов. Невзирая на ливень, они пришли поздравить с днем рождения профессора Михаила Александровича Сапонова.

В честь его юбилея «Центр современной музыки» и исполнители на старинных инструментах организовали концерт с весьма оригинальным названием «Бах, Шёнберг и… Сапонов». Название очень точное не только потому, что именинник изучает этих композиторов, но и потому, что он, подобно Баху и Шёнбергу – личность своего времени, чей неоценимый вклад в науку и искусство останется на долгие годы. И так же честен перед искусством, что подчеркнул, открывая концерт приветственным словом проф. К. В. Зенкин.

Программа вечера строго разделялась на музыку старинную и современную – два объекта исследований М. А. Сапонова, которым он посвятил многочисленные статьи и книги. Значительное место в них занимает эпоха барокко и Ренессанса и неудивительно, что в концерте сочинения этого периода были представлены в большом количестве. Звучание аутентичных инструментов, мелодика характерных жанров старинных мастеров невольно пробудили у многих ностальгические воспоминания о лекциях Михаила Александровича, которые открыли для только что поступивших первокурсников мир далекого и одновременного актуального искусства.

Музыканты    О. Ивушейкова (траверс-флейта), М. Катаржнова (барочная скрипка), А. Гулин (виола да гамба), Ф. Строганов (клавесин) и А. Гречищева (теорба) исполнили пьесы Г. Ф. Телемана, И. Ф. Кирнбергера, М. Маре, Д. Доуленда, И. С. Баха. Небольшие танцевальные миниатюры сменяли многочастные циклы, ансамбль – выразительные инструментальные дуэты, являя слушателям подлинный дух того времени. Настоящим сюрпризом стала импровизация на клавесине (Ф. Строганов) на тему, предложенную самим именинником: в результате из краткого мотива родилось полифоническое единство.

Если это творческое и, возможно, спонтанное решение слегка нарушило строгость программы, то в другой ее части – музыке XX века – можно было наблюдать поистине смелые эксперименты. Одним из них стало внезапное участие автора этих строк в почетном переворачивании страниц Секстета Ф. Пуленка, который с блеском исполнил ансамбль «Студия новой музыки». Жизнерадостная, энергичная пьеса одного из лидеров французской Шестерки прозвучала как некий манифест свободы – в какой-то степени присущей и личности именинника.

Музыка Э. Сати – еще одного юбиляра текущего года – предстала перед слушателями в виде трех романтичных и томных романсов. Приятно, что в качестве певицы здесь выступила А. Сафонова, аспирантка класса Михаила Александровича, а в качестве пианиста-аккомпаниатора – профессор А. Б. Любимов. Он же поведал публике как Сапонов, будучи в годы своего обучения в консерватории председателем студенческого научно-творческого общества, устраивал концерты и встречи, посвященные современной музыке, тогда практически запрещенной.

В завершении вечера струнный квартет «Студии новой музыки» и тот же Алексей Любимов преподнесли слушателям «Оду Наполеону» А. Шёнберга – главную изюминку программы. В роли речитатора выступил сам виновник торжества – он исполняет партию Sprechstimme вот уже 42 года (!), каждый раз демонстрируя свой актерский талант. В этот вечер сочинение впервые звучало в его собственном переводе, подтверждая удивительную способность Михаила Александровича постоянно находиться в творческом поиске. Несмолкающие аплодисменты, грянувшие после последнего аккорда, цветы и слова благодарности в адрес юбиляра стали ярким завершением музыкального праздника.

Надежда Травина,
студентка ИТФ

Дар Юрия Темирканова

Авторы :

№ 4 (1333), апрель 2016

Концертный симфонический оркестр МГК впервые выступил под управлением Народного артиста СССР Юрия Темирканова. Это событие, состоявшееся 5 марта в Большом зале консерватории, совпало с юбилейным Годом Прокофьева и днем памяти композитора. В программу концерта вошли два его сочинения: Второй фортепианный концерт и сюита из музыки балета «Ромео и Джульетта».

В серии благотворительных концертов, которые проходят в этом сезоне по случаю грядущего 150-летия Московской консерватории, выступают многие известные музыканты, бывшие выпускники, а ныне признанные мастера, живущие в разных уголках мира. Созвездие имен пополнилось в марте еще одной яркой звездой, приезд которой для нас особое событие: Юрий Темирканов – представитель ленинградской школы, возглавляющий легендарный ЗКР АСО Санкт-Петербургской филармонии. Для работы с консерваторским оркестром над программой, которую пятью днями позже, дополнив «Классической симфонией», он представил  в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии уже со своим коллективом, в Москве дирижер щедро выделил целых три дня.

Вручая Темирканову памятный знак «150 лет Московской консерватории», ректор А. С. Соколов отметил, что Юрий Хатуевич сразу же откликнулся на просьбу принять участие в серии благотворительных концертов в Большом зале и предложил в качестве солиста Бориса Березовского – еще одного знаменитого воспитанника Alma mater.

Накануне артисты оперного театра МГК также в Большом зале исполняли оперу «Евгений Онегин» под управлением Владимира Федосеева, сотрудничество с которым – еще одна важная страница в истории консерватории (см. «РМ» № 3, 2016 – ред.). Оба концерта прочно вписали себя не только в хронику юбилейного марафона, но и в летопись жизни консерваторских коллективов. Подарок, который мэтры преподносят Московской консерватории, поистине бесценен, и аншлаг в зале – лишь часть приношения «юбиляру». Другая же, не переводимая в цифры, – это вклад в профессиональное становление молодых музыкантов. Для каждого из них мастер-классы в виде репетиций и выступление под управлением Ю. Темираканова и В. Федосеева останутся важным фактом творческой биографии.

Второй концерт для фортепиано с оркестром Прокофьева, прозвучавший в первом отделении, продемонстрировал мастерство музыкантов, вылепивших идеальную прокофьевскую форму из столь хрупкого пока оркестрового материала. Дирижером был найден эмоциональный баланс между энергией солиста и осторожным, нефорсированным, но вместе с тем достаточно сильным, чтобы поддержать его в кульминациях, звучанием оркестра. Созданный Темиркановым жесткий каркас конструкции Второго концерта, Березовский наполнил динамичным развитием, в котором длинными волнами нарастали мощные крещендо.

Эпическое начало концерта на одном дыхании переросло в напряженное драматическое развитие. В свойственной пианисту манере мыслить крупно, не заостряя внимание на деталях (впрочем, идеально отточенных – чего стоили только завораживающие «невесомые» пассажи), концерт приобрел монументальную значительность. Лишь одну тему музыканты наполнили открытой лирической эмоцией, контрастирующей как отстраненной лирике главной темы первой части, так и гротеску средних частей – тему с вариациями («колыбельную») в финале.

Рояль в прокофьевском концерте явно доминировал. В каденции первой части, подчеркивая, в том числе тембровыми средствами инструмента, множество одновременно звучащих голосов, Березовский сумел добиться симфонического звучания. Сквозь него в высоком регистре «блестящим» тембром рояльной «меди» звенела главная тема, а в кульминации мощное протяженное фортиссимо солиста перекрывало самое настоящее оркестровое тутти.

Во втором отделении выбор сюиты из музыки балета «Ромео и Джульетта», составленной дирижером из номеров первой и второй сюит Прокофьева, поставил перед оркестром задачу прямо противоположную: выделить каждую деталь партитуры. Музыку, лежащую на слуху, Темирканов «оживлял» нюансами. Например, небольшое оттягивание верхней ноты взлетающего пассажа в «Джульетте-девочке» звучало свежо и оригинально.

В репертуаре Темирканова это одно из наиболее часто исполняемых сочинений, опробованное на разных коллективах. В нем безупречная дирижерская техника соединяется с идеальной выразительностью жестов. Чтобы понять дирижерскую трактовку, достаточно внимательно наблюдать за его движениями из зала. Поэтому небольшие потери в реальной звуковой ткани, которые были на концерте, в конце концов, оказались совсем не важны – в отличие от идеальной интерпретации сочинения, которую предложил  сам маэстро.

Ольга Арделяну
Фото Эмиля Матвеева

Хибла великолепная

Авторы :

№ 4 (1333), апрель 2016

Московская консерватория продолжает получать поздравления с предстоящим 150-летием от своих именитых выпускников. 2 марта в Большом зале в дар консерватории выступила великолепная Хибла Герзмава и ее друзья – Симфонический оркестр Московского академического музыкального театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко под руководством маэстро Феликса Коробова и солисты театра – меццо-сопрано Ксения Дудникова и тенор Чингис Аюшеев.

Хибле Герзмава подвластно все! Пример тому – и недавняя джазовая программа с Даниилом Крамером «Опера. Джаз. Блюз», и тонкая камерная вокальная лирика, которой она уделяет большое внимание, и, конечно, ведущие партии огромного оперного репертуара на самых лучших сценах мира.

Тот вечер в Большом зале Хибла Герзмава посвятила оперной музыке. Она предстала в образах Медеи, исполнив арию из одноименной оперы Керубини, Адрианы из известной оперы Чилеа, Лючии из оперы Доницетти «Лючия ди Ламмермур» и Нормы в знаменитой каватине из оперы Беллини. Певица покорила публику не только совершенным вокальным мастерством, но и глубоким, проникновенным музыкальным прочтением женских судеб.

Прежде чем прозвучала эта великая музыка, на сцене Большого зала ректор, профессор А. С. Соколов вручил выдающейся певице наградной знак «150 лет Московской консерватории», выполненный ювелирным домом «Галерея Михайлов» из серебра и золота (авторское право на данное изделие принадлежит Ювелирному дому SASONKO), изображающий легендарную ротонду Большого зала Московской консерватории.

Незабываемый праздник музыки, который в очередной раз подарила слушателям Хибла Герзмава, стал одной из ярких страниц юбилейного сезона.

Собкор «РМ»
Фото Дениса Рылова