Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Композиция как инсценировка

№ 7 (1327), октябрь 2015

Фото Олимпии Орловой

В Московской консерватории в последний день сентября состоялось уникальное событие – творческая встреча с Хайнером Гёббельсом (Германия), которая прошла в Центре электроакустической музыки. Известный композитор, музыкант, режиссер музыкального театра приехал в столицу на репетиции своего спектакля «Макс Блэк или 62 способа подпереть голову рукой», премьера которого ожидается в Электротеатре «Станиславский». Он рассказал любителям современного театрального искусства о своих постановках, музыкальных композициях и принципах работы с актерами и публикой.

Присутствовавшим на этой встрече, состоявшейся по инициативе ее организатора, музыковеда Владислава Тарнопольского, выпала редкая возможность не только увидеть фрагменты спектаклей, но и узнать основные творческие позиции режиссера. По его мнению, важнейшее эстетическое качество в искусстве – это различие между тем, что мы видим, и тем, что мы слышим. В качестве примера Гёббельс привел воспоминание о концерте Давида Ойстраха, на котором он присутствовал в юности: в своем исполнении великий скрипач удивительным образом сочетал эмоциональное звучание с внешней статичностью. Эта творческая позиция «соединения несоединимого» впоследствии отразится в его режиссерских опытах, к которым он пришел спустя 15 лет после утверждения этой идеи.

Говоря о своей композиторской деятельности, Гёббельс остановился на раннем произведении – пьесе для радио «Berlin Q-damm» (1981). По его словам, это сочинение отражает дух того времени: вспышки в социуме, массовые протесты. Находясь под впечатлением от услышанного по радио репортажа об аресте на одном из бульваров Берлина, он попытался передать напряженность этой сцены посредством звуков. Вдохновленный экспериментами Кейджа, Гёббельс помимо препарированного фортепиано использует два звуковых устройства с магнитофонной лентой, которая запускается в определенное время. Фактически вся композиция основана на технике фриппертроникс, где происходит взаимодействие ленты и звука электрогитары. Сочетание звучания клавесина, гитары и электронной аранжировки, напоминающей современный жанр дабстеп, с криками и речью из сводок новостей – все это позволяет назвать его раннюю работу выдающимся экспериментом в контексте академического авангарда. Дальнейший композиторский опыт заключался в работе с голосом и текстами Хайнера Мюллера, между которыми путем «нарезки» вставлялись музыкальные эпизоды.

В инструментальном театре «Черное на белом» для восемнадцати музыкантов (исполняет знаменитый коллектив Ensemble Modern), есть стремление избежать некой централизации и акцентов на том или ином персонаже (в 2004 г. в рамках Года Германии в России спекакль был представлен на Новой сцене Большого театра – прим. ред.). Гёббельсу важно, чтобы зрители сами выбирали то, что привлечет их внимание в театральном действии, где нет главных лиц и персонификации. Музыканты представлены единым коллективным целым, чередующим исполнение, перемещения по сцене с игрой в теннис – словом, находятся в постоянном процессе импровизации. Одна из драматургических находок – пение еврейского хорала и чтение на разных языках притчи «Тень. Парабола» Э. По. Статичное движение музыкантов, чьи перемещения определяла структура декораций, отбрасывало на полуосвещенной сцене таинственные тени, отражающие философско-мистическую концепцию притчи: Тень явилась к тем, кто не умел ценить жизнь.

Взаимодействие зрителя и музыканта-актера с идеей децентрализации продолжилась в музыкальном спектакле «Eislermaterial», где музыканты исполняют гимн США, отдавая дань уважения его авторам, Г. Эйслеру и Б. Брехту. Отказываясь от дирижера, Гёббельс оставляет середину сцены пустой, располагая исполнителей по разным сторонам, и разделяет струнную группу, помещая ее части на расстоянии. Каждый солист ансамбля задает свой ритм, не координируясь с остальными, а пианисты видят друг друга только в автомобильные стекла.

Иные задачи исполнителям пришлось выполнить в следующей ключевой работе Гёббельса – опере «Пейзаж с дальними родственниками», где им предстояло сменить 300 костюмов, петь, танцевать, вращаться и даже… выступать в масках боевиков. По словам автора, опера была написана вскоре после американского теракта 11 сентября, но не содержала прямого политического подтекста, а идея исполнения в масках пришла к нему после просмотра кадров с освобождением заложников мюзикла «Норд-Ост». При этом основная концепция сочинения – воспевание пейзажных картин и перенесение их на сцену так, как «если бы мы прошлись по ним, как по музею».

В завершение вечера Гёббельс продемонстрировал отрывок из своего спектакля «Вещь Штифтера», который в прошлом году был показан на фестивале «Золотая маска». В роли актеров здесь выступают рояли и пианино, три бассейна с водой, лучи света, которые создают мир без человеческого присутствия. Закадровый текст писателя А. Штифтера о чуде превращения живого в неживое на фоне пейзажа превратил спектакль-инсталляцию в философское размышление о влиянии различных вещей на нашу жизнь (в качестве катарсиса здесь выступает запись приветственного пения гречанки, встречающей чужие корабли).

Творческая встреча с таким художником мирового уровня, как Хайнер Гёббельс, безусловно, останется ярким событием. Режиссер, изменивший представление о современном театре, экспериментальный композитор, незаурядная личность в художественной среде, он на протяжении двух часов искал взаимодействие с публикой – со своим «коллективным зрителем». И в этот вечер они были единым живым организмом. Остается надеяться, что подобные встречи не станут единичным случаем в жизни нашей консерватории, которой не чуждо актуальное искусство.

Надежда Травина,
студентка ИТФ

Оставить коментарий