Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Оперные игры на разных подмостках

№6 (1362), сентябрь 2019

Оперный жанр переживает явный ренессанс. Он стал заметен с того момента, когда «глобальная режиссура», не довольствуясь разнообразными экранными и театральными поисками, почувствовала грандиозный потенциал бесценных музыкальных богатств мирового оперного наследия для воплощения концепций любого уровня сложности. И среди постановщиков наряду с собственно оперными мастерами замелькали имена режиссеров кино, драматического и балетного театров, художников и даже дирижеров в режиссерской роли.

Cегодня успешно сосуществуют три формы публичного оперного бытия. Во-первых, театральная постановка (включая кинооперу – экранный аналог авторского театрального спектакля). Здесь, опираясь на законы и возможности современного театра (и кино), рождается произведение, в котором главенствует концептуальная режиссура. Она организует и всех постановщиков (включая дирижера и художников), и всех артистов, реализуя единичный замысел оригинального зримо-слышимого прочтения избранного музыкального шедевра.

Во-вторых, концертное исполнение, где царит дирижер и его интерпретация музыки, а солисты, хор и оркестр, подчиняясь ему, совместно музицируют подобно кантатно-ораториальным жанрам. При современном диктате режиссуры концертное исполнение дает возможность сбросить ее фантазии и погрузиться в великую музыку, максимально приблизившись к композиторскому тексту, включая его трактовку сюжетных коллизий, воплощенную в звуках.

В-третьих, набирающая силу концертная постановка. Внешнеона отвечает задачам концертного исполнения: все музыканты нередко находятся на сцене, включая оркестр и дирижера, главенство которого не только «слышимо», но и «видимо»; внимание публики сосредоточено, прежде всего, на музыкальных красотах и исполнителях. Но, одновременно, Его Величество – Театр, который владел воображением композитора, сочинявшего оперу, не сдает позиции: здесь уже присутствует постановщик и его работа в предложенных условиях, солисты пребывают в костюмах и в образе, режиссура сосредоточена на деталях – характере персонажей и ситуаций.

Несколько лет назад в течение близкого времени я увидела-услышала три таких презентации «Тристана и Изольды» Вагнера и невольно задалась сравнением. Тем более, что это были одни и те же исполнители – музыканты Мариинского театра во главе с В. Гергиевым. Первой была концертная постановка, воплощенная в зале им. Чайковского в Москве, в которой особенно запомнился первый акт: фоном для напряженного действия на судне был огромный экран с романтично летящими облаками – возникало реальное ощущение моря. Затем полноценный гастрольный спектакль с осовремененной трактовкой событий (далеко не бесспорной по отношению к великой музыке) на Новой сцене Большого театра. И, наконец, качественное и абсолютно статичное концертное исполнение за рубежом. А недавно, в течение двух недель апреля, довелось услышать-увидеть три публичных презентации масштабных оперных произведений, которые заставили вновь вернуться к размышлениям о возможностях разных подходов.

OTELLO

В качестве спектакля предстала эффектная премьера оперы Россини «Путешествие в Реймс» в Большом театре – московское воплощение совместной постановки Нидерландской национальной оперы (Амстердам). Королевской Датской оперы (Копенгаген) и Оперы Австралии (Сидней).

Последняя итальянская опера Россини – трудный орешек для театрального спектакля. В ней море прекрасной музыки для пения и практически нет сюжетного движения для динамичного театрального действия. Дирижер-постановщик (Туган Сохиев), хормейстер (Валерий Борисов) и исполнители разнохарактерных сложных партий (Ольга Селивестрова, Анна Горячева, Альбина Шагимуратова, Хилькар Сабирова, Сергей Романовский, Рузиль Гатин, Давид Менендез, Никола Уливьери, Жозе Фардилья и др.) получили, очевидно, огромное удовольствие и имели заслуженный успех.

Но, разумеется, конечный результат определили итальянские постановщики занимательного спектакля (режиссер Дамиано Микьелетто, сценограф Паоло Фантин, художники Карла Тети и Алессандро Карлетти). Они поместили персонажей в современную картинную галерею с ее смешением разных времен и стилей. Именно здесь развиваются сложные отношения разноликих участников, плетутся интриги, возникают конфликтные ситуации, а кульминацией оказывается появление в галерее… ожившего грандиозного полотна Франсуа Жерара «Коронация Карла Х», посвященного именно тому событию 1827 года в Реймсе, которое послужило поводом для создания оперы Россини и главным мотивом ее либретто.

Другой пример – концертное исполнение в новом московском зале «Зарядье» музыки оперы-балета Н.А. Римского-Корсакова «Млада», посвященное 175-летию со дня рождения композитора. Учитывая, что трехчасовая «Млада» практически не ставится и целиком не звучит, это высокозначимое просветительское деяние было подарком Санкт-Петербурга – Мариинского театра,его солистов, хора и оркестра во главе с Валерием Гергиевым – Москве.

Редкой театральной реализации «Млады» за годы ее существования мешало многое. И запутанный сказочно-мифологический сюжет из языческих времен древних славян. И жанровая двойственность: основные реальные персонажи – оперные, а тени усопших и события в мире загробном – балетные. А еще и зрелищные ритуальные сцены. Поэтому в музыке «Млады» много как певческих красот – сольных и хоровых, так и чисто симфонических. И, наконец, усложненный оркестровый состав, по поводу которого в свое время дирижер Э.Ф. Направник, готовивший премьеру, сокрушался: «Понадобился удвоенный оркестровый аппарат духовых групп, присоединение не имевшихся до сих пор инструментов не только в оркестре, но и на открытой сцене…». Концертное исполнение такого сочинения стало большим событием в культурной жизни столицы.

Третьим в названном перечне впечатлений оказался «Отелло» Верди на сцене Фестшпильхауса Баден-Бадена. Его апрельская премьера специально анонсировалась как музыкальное событие, которое подготовил знаменитый дирижер Зубин Мета с оркестром Berliner Philarmoniker. В качестве организатора антрепризы выступил сам театрально-концертный зал, собравший творческую команду. В нее также вошли известные по разным оперным сценам солисты, среди которых австралиец Стюарт Скелтон (Отелло), болгарские певцы Соня Йончева и Владимир Стоянов (Дездемона и Яго), хор Венской филармонии (руководитель Вальтер Цех) и др. В качестве постановщика предстал художник по свету Роберт Уилсон.

Предложенное публике нетривиальное зрелище отличало световое и цветовое решение: сцена погружена в темные тона, причем с доминирующим черным – и в декоративных силуэтах на заднике, намекающих на место действия, и в костюмах всех участников, кроме Дездемоны, она единственная была в белом. Только в конце появляется цветовое пятно – огромная красная луна, олицетворяя собой кровавую суть развязки.

Вопреки Шекспиру и Верди, в драматургии которых стремительно развиваются реальные события, кипят человеческие страсти – любовь и ревность, героизм и низость, верность и предательство (причем, добро и зло сталкиваются в запредельных формах) – здесь все очень статично. Хор, как и положено на концерте, стоит сзади, одетый в одинаковые черные «робы» (без разделения полов), причем, долгое время он даже не видим (включая начальную сцену шторма). Движения солистов замедлены и абстрактно декоративны, как и их одежда. Этническая особенность Отелло отсутствует, как и его глубинный контраст облику Дездемоны (постановщик ограничился цветом одежды).

Очень стильное и холодноватое зрелище отсылает к условности традиционного восточного театра. Спектакль скорее очерчивает «геометрию трагедии» как говорил о своей опере-оратории «Царь Эдип» Игорь Стравинский, чем воплощает ее самоё, позволяя вспомнить знаменитую японскую киноверсию «Эдипа» при участии дирижера Сейджи Озава. Но музыкально-драматический шедевр двух гигантов – Верди и Шекспира – сопротивляется такой трактовке. И, подобно концертной постановке, главным для публики становится процесс слушания захватывающей музыки в отличном исполнении, а изобразительное решение как эффектная рама картины лишь усиливает ее восприятие.

Оперные игры продолжаются…

Проф. Т.А. Курышева

Фото «Путешествия в Реймс» Дамира Юсупова

Оставить коментарий