Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Она излучала свет

№9 (1356), декабрь 2018

Прошло тридцать лет, но в Московской консерватории до сих пор вспоминают Надежду Сергеевну Николаеву (1950–1988) – музыковеда, педагога, выдающегося человека. 13 ноября личность Николаевой подобно магниту притянула людей в уютный зал Музея имени Н.Г. Рубинштейна. Звучала музыка Бетховена и Чайковского, звучали голоса знавших ее людей – взволнованные и одухотворенные.

Ее запомнили разной. Но все, как один, твердили об ее удивительной человечности. Если музыковед поступал в класс Николаевой, он становился для нее почти членом семьи. По счастливому совпадению В.М. Стадниченко оказался не только учеником Надежды Сергеевны, но и ее соседом по даче. По воспоминаниям директора Музея имени Рубинштейна, именно за чашкой чая ему открывалась удивительная глубина суждений Николаевой.

Она излучала свет. По воспоминаниям собравшихся в зале, студенты и педагоги менялись в лице, когда здоровались с ней. К.В. Зенкин заметил: «Не нужно было никаких особых слов – только ее имя. Я не учился у Надежды Сергеевны, поэтому для меня она предстает еще более легендарным человеком».

А. А. Филиппов пересказал один из своих телефонных разговоров с Учителем: «Надежда Сергеевна, я хочу купить проигрыватель. Я накопил денег, но он стоит 300 рублей, и мне не хватает около сотни. Не могли бы Вы одолжить мне их, пожалуйста?» Николаева ни минуты не колебалась и ответила утвердительно.

Филиппов рассказал еще один случай. Он занимался «Парсифалем» Вагнера, но никак не мог написать о чуде Страстной пятницы. «Ну что я могу сказать, Саша? Случается, что язык немеет. Посмотрите “Троицу” Рублева и уж постарайтесь, напишите что-нибудь», – посоветовала Николаева. «Я так и поступил, и все получилось, – признался Александр Александрович и с горечью добавил: – Сейчас та же ситуация. Язык немеет, когда я пытаюсь высказать все, что думаю о Надежде Сергеевне».

Вечер завершился презентацией сборника памяти дорогого Учителя. «Долгое время создание этого труда было текучим процессом, который никак не складывался, – объяснила И.В. Коженова. – А потом все вдруг выстроилось. Книге словно помогла состояться сама творческая мысль Надежды Сергеевны, ее присутствие, которое мы все постоянно ощущаем».

Об особенностях публикации поведал Г.А. Моисеев: «»Изюминкой» здесь являются стихотворения Надежды Сергеевны. Они написаны на маленьких листочках – видимо, это было спонтанное творчество. Одна из моих коллег случайно увидела одно из стихотворений на стадии верстки и сравнила его с японскими хокку и пейзажной лирикой Фета. Поэтому обложка книги неслучайно продиктована поэтическими пейзажными образами». При работе над сборником Моисеев обратился к архиву Николаевой и уточнил ряд важных биографических сведений – в частности, место рождения Надежды Сергеевны и годы жизни ее родителей.

Мнение учеников Николаевой о своем педагоге можно суммировать словами А.А. Филиппова: «Николаева была одним из лучших музыковедов в консерватории, а наша консерватория была и остается лучшей в мире».

Алиса Насибулина,

студентка ИТФ

Оставить коментарий