Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

На границе фольклора

№ 7 (1272), октябрь 2009

Шарифуллин Ш. 13 сентября 2009 года исполнилось бы 60 лет выдающемуся татарскому композитору, выпускнику Казанской и Московской консерваторий Шамилю Шарифуллину (1949-2007). И хотя Шамиль Камилевич ушел из жизни рано, но в истории академической музыки и фольклористики он успел сказать свое весомое слово.

Меня очень тревожит, что все меньше композиторов знают народную музыку. А это значит, что они не владеют интонационно-образным словарем. Я для себя давно определил кредо: не может быть настоящего художника без почвы. Ведь даже среди авангардистов – Булеза, Мессиана, Штокхаузена – нашелся итальянец Луиджи Ноно, который в разгар этого бума в 1963 году написал «Пение разных народов» – обработки народных песен. И был глубоко прав, я считаю, потому что он показал путь, который нас спасет («Татарская рассылка», № 42 /85/, 25 апреля 2004 г.). «Спасал» нас Шарифуллин своими многими исследованиями и детского фольклора, и традиционного книжного пения, представленными в его многотомной «Антологии татарской народной музыки». Им создана и учебная программа по татарской народной музыке, и, конечно же, множество музыкальных сочинений в неофольклорном стиле.


До 17 лет Шамиль Шарифуллин жил в туркменском поселке Фараб. В частном доме его семьи, чтобы совместно помузицировать, частенько собирались друзья. Были здесь и татары, и русские, и греки, и армяне. Поэтому в подсознании будущего композитора с самого детства стали закладываться основы европейских и азиатских фольклорных культур. А в 13 лет, услышав по радио увертюру к опере «Тангейзер» Вагнера, Шамиля посетила роковая идея – серьезно заняться сочинением академической музыки на основе фольклорных элементов.

За полтора года он экстерном прошел курс музыкальной школы и поступил в Ашхабадское училище. Потом семья переехала в Казань, где он также досрочно, за четыре года, прошел учебные курсы консерватории (классы композиции А. З. Монасыпова и А. Б. Луппова). После этого Шамиль Шарифуллин обратился к профессору Тихону Николаевичу Хренникову, став его ассистентом-стажером в Московской консерватории.

Но композитор не только усердно и целенаправленно учился, он решил, что должен много ездить в фольклорные экспедиции, чтобы иметь непосредственный и постоянный контакт с «живым» материалом. Целое десятилетие (1972-1982) Шамиль Камилевич заведовал кабинетом музыки народов Поволжья при Казанской консерватории, а далее начал преподавать на кафедре композиции.

В 1975 году он написал свое самое известное на сегодняшний день произведение – семичастный концерт для хора a cappella «Мунаджаты» (на народные тексты, тексты из Корана, стихи Г. Тукая), соединив арабский фольклор с полифонией и формой европейского типа, а также с авангардными техниками алеаторики и сонорики. Слово «мунаджат» значит «разговор с самим собой», а сам жанр связан с утренней молитвой. Сразу же шарифуллинские «Мунаджаты» вызвали «переполох» в музыкальном мире, но не только потому, что ассоциировались с религиозной антисоветчиной, а прежде всего потому, что были настоящим музыкальным откровением. Назиб Жиганов не побоялся назвать их «новой страницей татарской музыки», а сочинение обошло весь мир: оно исполнялось в СССР, Америке, Германии, Швеции, Финляндии, Болгарии, Чехословакии, Италии и даже в Ватикане, специально для Папы Римского. Благодаря этому хоровому концерту Шамиль Шарифуллин стал лауреатом премии Союза композиторов России имени Д. Шостаковича (1985) и Государственной премии имени Г. Тукая (Татарстан, 2005).

Кроме того, и в инструментальных жанрах Шамиль Шарифуллин не отступил от своих концепций. Здесь, например, можно назвать 10 фортепианных прелюдий «Старинные народные напевы». А два года назад казанской публике были представлены последние неофольклорные симфонические произведения композитора – «Татарские танцы» и «Татарские буколики».

Композитор Шамиль Шарифуллин считал, что сегодня как никогда фольклору и музыке академической традиции необходимо существовать рядом: таким образом фольклор будет востребован и не будет забыт, а композиторская музыка будет иметь «живые» корни. В противном случае – она мертва, как нам это очень наглядно показал авангард.

Александр Чернышов,
преподаватель МГК

Поделиться ссылкой:

Оставить коментарий