Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Большой зал в изначальном цвете

№ 3 (1286), март 2011

15 марта. Рахманиновский зал. Открывается пресс-конференция на тему «Реставрация Большого зала». Среди ведущих – ректор А. С. Соколов; проректоры А. З. Бондурянский и С. И. Розанов; директор ЦНРПМ В. Н. Фатин, отвечающий за вопросы, связанные с реставрацией памятника архитектуры; руководитель группы по мониторингу акустики БЗ А. ЯЛившиц; главный проектировщик и главный архитектор Д. С. Подъяпольский; директор по строительству, ответственный за строительные работы и инженерные сети С. В. Кюнер

В зале установлен большой экран, на который на всем протяжении конференции проецируются снимки с места события и кадры документального фильма о нашей «стройке века». Участники – корреспонденты столичных изданий и ведущих телевизионных каналов – по завершении разговора в Рахманиновском получают возможность посетить Большой зал и воочию увидеть то, что сейчас происходит в его стенах: буквально накануне встречи были сняты строительные леса. Работы еще в разгаре, но зал уже предстает перед гостями в своем нежном изначальном цвете. И пресс-конференция стихийно продолжается…

Собрание открывает А. С. Соколов:

«Сегодня у нас особенная встреча. Встреча, которую обещали, но приурочили к тому моменту, когда можно не только услышать, но и многое увидеть. Я хочу напомнить, что реализуется и близок к завершению первый этап большого плана реставрации, реконструкции и строительства, окончание которого приурочено к юбилею – 150-летию Московской консерватории, которое мы будем отмечать в 2016 году. Есть очень важные объекты, которые нам еще предстоит отреставрировать, среди них – здание, которое передается для нашей богатейшей библиотеки им. С. И. Танеева; восстановление памятника федерального значения – комплекса Воронцовских подвалов… Как и построить новые: это оперный театр консерватории, в котором мы остро нуждаемся, новый комплекс студенческого общежития, здание конференц-зала, приспособленное для разных, в том числе экспериментальных акций…

Большой зал – первый объект в этом процессе. Меньше года назад мы приступили к работам в нем и должны их закончить в конце мая – к Конкурсу Чайковского, который открывается 14 июня. Мы постоянно освещаем эти работы – на сайте консерватории, а также на брифингах, которые раз в 2-3 недели проводит В. И. Ресин. И сегодня мы вам не только многое расскажем, но и покажем, и не только на этом экране…

Мы уже сформировали концертный сезон будущего года во всех залах консерватории. Стержнем сезона в Большом зале будет цикл благотворительных концертов под названием «Фестиваль Большого зала Московской консерватории». И что особенно приятно сообщить – на наше приглашение участвовать в нем откликнулись все, к кому мы обратились. А это – лучшие хоры, лучшие оркестры России, самые именитые солисты!»

Среди многих вопросов один из важнейших – сохранение бесценной акустики великого зала. На нем подробно останавливается А. Я. Лившиц:

«Группа проектировщиков, заказчиков, принимающих участие в реставрации, в первый же день императивно сказала, что главным является сохранение акустики. Когда такое отношение – то все получается!.. Перед началом работ было проведено анкетирование членов независимой группы на предмет того, как они слышат зал; измерены физические, акустические свойства зала (боковые отражения, музыкальная ясность, громкость и т. д.), и на основании этого сделана компьютерная модель. Плюс была построена и физическая модель – «замороженный» слепок на будущее, – которую при необходимости всегда можно использовать, корректируя с ней данные, которые мы получаем в процессе работы.

Сам по себе зал обладает хорошими пропорциями: соотношение длины, ширины и высоты – то, что определят акустику, – в нем оптимально. И он был построен в те годы, когда строительными материалами были штукатурка, дерево, гипс, какие-то ткани, краска. Комбинация всех этих материалов, традиционное строительство 100-летней давности (правильно расположенные слои и т. д.) привели к тому, что он так совершенен. Например, потолок, который мы называем декой: когда сняли доски, то оказалось, что они в очень хорошем состоянии. Это было замечательно! Замена досок, даже на идентичные, могла бы привести к изменениям акустики, потому что мы никогда не угадаем влажность и проч. В результате доски мы оставили, было проведено их укрепление, а те слои, которые ниже досок – шпаклевка, финишный слой тканевой покраски, – практически идентичны тем, что были. Огромная благодарность реставраторам, которые делали необходимое: когда повторяешь все как было – автоматически получаешь ту плотность, которая была. Наша задача на реставрационных работах – находиться все время рядом, отвечать на вопросы и делать так, чтобы новые и старые материалы были идентичны.

Пока это получается. На сегодняшний день все способствует тому, что акустика Большого зала, по крайней мере, не ухудшится. Объем зала практически не менялся, а небольшие изменения будут работать только на улучшение – мониторинг мы ведем постоянно. Спасибо всем тем, кто в этом участвует!»

А. С. Соколов дополняет сказанное:

«Мы намерены зарегистрировать эту акустику как памятник – те замеры, которые мы сделали, будут зафиксированы как некая культурная ценность. Это важно, потому что, когда через несколько десятилетий опять возникнет потребность вернуться в этот зал для проведения каких-то работ, первым условием будет соблюдение всех параметров, уже оформленных документально.

А если говорить о новых технологиях, могу привести любопытный пример. Мы решали проблему вентиляции, потому что те, кто входили в этот зал – не только в партер, но и в амфитеатр – наверняка знают, что там были очень плохие места, где просто нечем дышать. И когда выстраивали новую компьютерную модель обеспечения воздуха, то по каждому креслу партера и по каждому месту амфитеатра был произведен расчет – на уровне ног, на уровне корпуса, головы, и, соответственно, просчитано, что будет меняться в ходе концерта – от начала к середине и после антракта. Картина турбулентности воздуха была изучена очень тщательно, а она теснейшим образом связана с акустикой. Искали оптимальный вариант соотношения воздухообмена, вентиляции и акустических допусков шума – и, в конце концов, нашли ту самую гармонию. Полагаю, этот опыт пригодится тем, кто будет заниматься аналогичными работами в других залах».

Главная нагрузка по координации всех строительных процессов лежит, естественно, на проректоре по административно-хозяйственной работе. И именно С. И. Розанов отвечает на множество вопросов о конкретных деталях происходящего:

«Мы не выходим сегодня за первоначальные прогнозы – в целом строительство идет согласно графику. При том что практически все работы ведутся вручную. На настоящий момент у нас полностью завершена работа по кровле, по фасаду со стороны Среднекисловского переулка. К 5 апреля будут закончены работы со стороны главного фасада и ротонды. Срок сдачи объекта – 1 июня, но отдельные реставрационные работы будут закончены раньше.

Все, что связано с предметами реставрации – канделябрами, светильниками, портретами, будет готово к 10 апреля, и до 1 мая мы сможем это получить обратно. Помимо портретов в Петербурге реставрировалась и бронза. Предыдущая реставрация была не вполне профессиональной, многое было подпорчено, и сейчас мы вернулись к первой кондиции бронзовых бра и канделябров, являющихся украшением зала. Все это уже практически готово. Готовы и новые кресла для зала. И еще та мебель, которая не всем известна: она находилась в спецложе и обладает большой ценностью.

В самом здании завершены противоаварийные работы, которых оказалось гораздо больше, чем предполагалось. И не только в амфитеатрах. Пришлось заново укреплять колонны и своды, совершенствовать инженерные системы. В результате очень большого объема работ, которые не были предусмотрены, возник серьезный дефицит средств – более двух миллиардов рублей. Нам надо будет обращаться в Правительство РФ по выделению дополнительных средств. Но я считаю, что к 1 июня Большой зал заработает».

Собкор «РМ»
Фотографии Дениса Рылова

Оставить коментарий