Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

«Снегурочка, пришла твоя пора…»

№ 2 (1258), февраль 2008

snegurochka_1В конце прошлого года оперный театр Московской консерватории дал в Вильнюсе два спектакля «Снегурочки» Римского-Корсакова (дирижер — профессор А. Якупов, режиссер — профессор Б. Персиянов, художник — В. Хархалуп).

В самом большом филармоническом зале литовской столицы впервые в Вильнюсе звучала одна из самых поэтичных опер великого русского композитора. Молодые консерваторские певцы — Д. Зыкова (Снегурочка), А. Ковалевич (Лель), Е. Кузнецова (Купава), В. Автомонов (Мизгирь), А. Архипов (Мороз), М. Нерабеева (Весна) и др., хор и оркестр театра во главе с дирижером имели большой и заслуженный успех.

Посол России в Литве г-н Б.Цепов уже на четвертый день после прошедших гастролей отправил ректору Московской консерватории благодарственное письмо, в котором есть очень ценные наблюдения и лестные слова:
«Опера Римского-Корсакова «Снегурочка», впервые показанная в Литве, не оставила равнодушным ни одного любителя музыки.

Такого восторженного приема и продолжительных оваций российским музыкантам в Национальной литовской филармонии мы здесь, пожалуй, никогда не видели и не слышали. Особо хотелось бы отметить вклад в постановку спектакля режиссера театра, дирижера симфонического оркестра, уникальные вокальные данные и мастерство солистов. Свидетельством блестящего успеха стало еще одно нетипичное для местных концертных залов явление — было много зрителей и на «стоячие места», причем никто не ушел за все 3,5 часа спектакля. Безусловно, опера «Снегурочка», открывшая Рождественский фестиваль, задала высочайшую планку этой культурной программе и внесла достойный вклад в популяризацию русской музыки и вокальной школы».

О состоявшихся гастролях, об истории создания спектакля и оперном театре консерватории мы беседуем с его художественным руководителем, дирижером «Снегурочки» профессором А. Н. Якуповым.

Александр Николаевич! Такая резонансная поездка, такой огромный успех, причем за рубежом, — ведь это для нашего оперного театра внове?

snegurochka_3Да, это действительно первый выезд в истории нашего театра и вообще в истории Московской консерватории, когда полный состав, вся труппа, а это почти 150 человек (!), выехали на зарубежные гастроли. В свое время, конечно же, солисты театра, студенты вокального факультета, которые готовили те или иные спектакли, выезжали за рубеж и не раз — в Соединенные Штаты, В Южную Корею… Но небольшими группами — 5–6 человек плюс дирижер. То есть это были не гастроли театра, а гастроли солистов театра. Выезжал и оркестр с симфонической программой, лет 5–6 назад, когда они во главе с А. А. Петуховым дали в Испании около 20 концертов.

Так что эта поездка в Литву была для нас невероятно значимой. Ведь ехали мы не в какое-то «захолустье», а в просвещенную столицу, в город музыкальный, там прекрасная консерватория, много выдающихся музыкантов… Мы понимали всю степень ответственности, и поэтому наш визит готовился… напряженно.

Почему «напряженно»? Понадобилась большая подготовительная работа? Или это связано именно с выбором «Снегурочки» — большого, музыкально и сценически весьма сложного произведения?

«Снегурочка» — опера замечательная, но это огромное полотно — четыре действия с прологом, три с половиной часа музыки плюс антракты… Понятно, что у консерватории музыкального потенциала достаточно, но не было опыта ставить спектакли с огромными массовыми сценами, мы в основном ограничивались работой с героями, главной целью было показать на оперной сцене студентов-солистов. И еще у этой постановки была своя интрига. В свое время — два с половиной года назад — консерватория добилась гранта на постановку «Снегурочки» и когда постановщики показали свою работу — час с небольшим на материале оперы Римского-Корсакова — кафедру это не устроило. И П. И. Скусниченко настоял на расформировании постановочной группы. Но деньги консерваторией уже были получены! 500000 рублей! Более того — значительная часть из них уже была «освоена». Когда спохватились — шел октябрь, а 1 декабря финансовый отчет должен был лечь на стол правительства Москвы. В поисках срочного решения ректор пригласил руководство театра и кафедры и настоял на завершении проекта. Не делать было нельзя, чтобы не прослыть недееспособной организацией. Была срочно сформирована новая постановочная группа: я был назначен дирижером, А Б. А. Персиянов — режиссером. Перед нами встал непростой вопрос: в каком формате ставить спектакль — с купюрами или без. Я был сторонником «скромного» варианта, с купюрами, поскольку времени оставалось совсем немного, полтора месяца. Но ректор решил: делать только полный спектакль и к 1 декабря театр должен отчитаться!

Отчитаться по документам или дать спектакль, пригласив гостей — «грантодателей»?

И то, и другое. Началась гонка, но в ней была и позитивная составляющая. Вокальная кафедра обладает огромными силами: там есть удивительные голоса и педагоги умеют работать очень ответственно. Мне, пожалуй, впервые был дан карт-бланш: я мог выбрать любых певцов, кого я называл — тех и готовили. Конечно, мы собрали лучшие голоса. Подготовка шла как на конвейере: кто-то готовил ноты, солисты с педагогами учили партии… Помню, Митя Зуев из класса профессора Б. Н. Кудрявцева партию Мизгиря, которая по продолжительности вокала более часа, выучил за пять дней! Также и другие — это фантастика, как они быстро выучивали: Даша Зыкова — Снегурочка, Саша Ковалевич — Лель, Женя Кузнецова — Купава — все трое из класса профессора И. И. Масленниковой… Я был восхищен их талантом и чувством ответственности. Как в хорошем театре, где каждый не только за себя, но и за всех. Корпоративное мышление: мы — труппа и мы делаем спектакль!

Наиболее критично был настроен я. Мой 30-летний дирижерский опыт подсказывал, что за такой срок сделать спектакль нельзя. Мне казалось, что все плохо… Да, студенты выучивают партии, но есть и сценические задачи… Я видел с какой тщательностью он работал режиссер и раздражался тем, что времени нет, а он все глубже погружается в детали. Я возмущался — мы так долго пролог не можем закончить, а впереди еще четыре действия! А он отвечал: нет, если сейчас не сделаем, так и останется. В общем, были баталии.

snegurochka_2Типичный для сегодняшнего дня конфликт дирижера и режиссера? Он имел место?

Нет, проблем по творческим вопросам между режиссером и дирижером не возникало. К чести оперного театра Московской консерватории — здесь издавна сложилось понимание, что опера это не театр одного режиссера или одного дирижера. Должна быть гармония.
Когда делаются какие-то значительные вещи и ты искренне заинтересован сделать доброе дело, то Господь содействует… И мы сделали спектакль. Премьера состоялась 27 ноября 2005 года в переполненном Большом зале. Пришло правительство Москвы, восхищению не было границ. В декабре мы сыграли еще три раза, продолжая доделывать, совершенствовать…

А потом отложили? Почему?

Мы же ориентируемся на государственные экзамены. А так как делали все в оперативном порядке, никто из преподавателей своим студентам в качестве дипломной работы партии из этой оперы не дал. У них уже были распределены роли в других спектаклях.

Да, я помню, что в репертуаре нашего оперного театра сегодня 16 спектаклей. «Евгений Онегин» Чайковского, «Травиата» Верди, «Богема» Пуччини, «Дон Жуан» и «Свадьба Фигаро» Моцарта, «Мавра» Стравинского, «Моцарт и Сальери» Римского-Корсакова, современные произведения Ю. Буцко, В. Агафонникова и др. По сути это уже не оперная студия, а полноценный оперный театр?

Мы намеренно строим настоящий репертуарный оперный театр. Мы ушли от студийного режима, когда весь багаж составляла опера «Евгений Онегин» целиком и несколько сцен из «Царской невесты». Театр консерватории — это самый крупный коллектив. У нас 130 человек в штате, не считая преподавателей-вокалистов, которые тоже работают с нами. Конечно, такая структура может достойно представлять консерваторию. Пять лет назад мы перевели театр на профессиональную основу, мы вошли в театральное пространство не только уровнем, но и формальной стороной — стали продавать билеты (для малообеспеченных слушателей есть места по символической цене). Мы продолжаем и просветительскую работу, но не в Большом зале. Какова работа театра сегодня можно судить по доходной.

То есть сегодня вы — еще одна оперная труппа Москвы?

Да, но все еще без театральной сцены. Оперная труппа работает в регулярном режиме и, одновременно, является базой оперной подготовки студентов — мы не даем спектакли без студентов. Самое главное — мы вернули публику, которая с давних пор любила оперный театр консерватории. У нас всегда полный зал.

Но вернемся к «Снегурочке». Когда же началась ее вильнюсская история?

Когда ректор был на гастролях в Вильнюсе, на встрече с литовскими музыкантами зашел разговор о приближающейся годовщине Римского-Корсакова (2008 — столетие со дня смерти. — Т.К.). Он предложил: «У нас есть прекрасная работа — «Снегурочка»», — и встретил заинтересованность. Инициатива исходила от ректора. В течение 2007 года потихоньку все стало разворачиваться, ведь гастроли это, прежде всего, — финансовый вопрос.

А кто финансировал всю поездку — литовцы или мы?

Литовцы, разумеется. Консерватория только оплатила получение виз. Всем в Вильнюсе занималась Ирена Захарова — руководитель программы «Диалог культур». Она была мотором проекта, задействовала спонсоров из Литвы и России, и ей очень серьезно помогал российский посол. Зачем он это делал, я понял только на спектакле, когда нам объявили, что в зале 17 послов с женами и сопровождающими лицами. Он собрал весь европейский дипкорпус. Это было большое культурно-политическое мероприятие — показать масштаб Московской консерватории. А потом посол организовал прием для гостей-дипломатов и всех солистов спектакля. И я видел, что он был горд происшедшим.

Публика была понимающей, хорошо слушала?

Литовцы были невероятно гостеприимны. Мы поняли, что они соскучились по русской культуре и ждали нас с огромным интересом. Публика шла на Московскую консерваторию, на Римского-Корсакова, на «Снегурочку», которая в Вильнюсе не шла никогда. Ребята пели замечательно и принимали их исключительно. Аплодировали после каждой арии — мы были вынуждены останавливать спектакль. В Москве спектакль идет три с половиной часа, там с аплодисментами он шел четыре!

Такой успех может иметь положительные последствия?

Да, на наш спектакль специально приехал художественный руководитель оперной студии консерватории немецкой земли Гессен г-н Блох. Он поздравил нас, и тут же последовало приглашение театра к ним на гастроли. Узнав, что мы готовим «Царскую невесту», он захотел именно этот спектакль. Я понимаю, что от приглашения до реализации большая дистанция, но приглашение мы уже получили!

С профессором А. Н. Якуповым
беседовала профессор Т. А. Курышева

Оставить коментарий