Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Музыка • Архитектура • Живопись

Авторы :

№8 (1373), ноябрь 2020 года

Олёна Бродина. «Дифония». Проект росписи

Взаимодействие искусств в стенах Консерватории продолжается. Год назад было положено начало творческому партнерству Московской консерватории им. П.И. Чайковского и Московской художественно-промышленной академии им. С.Г. Строганова, когда 13 сентября, в торжественный день рождения Консерватории, впервые в нижнем фойе Малого зала открылась замечательная выставка студенческих работ. «Российский музыкант» рассказывал о ней своим читателям (РМ, 2019, №7), познакомив не только с новым выставочным пространством, возникшим в Консерватории, но и с его первым наполнением.

Образец мозаики

В этом году 29 октября в тех же выставочных стенах нижнего фойе Малого зала на суд публики представлена новая выставка студенческих работ выпускников Строгановки. Это – дипломные проекты кафедры монументально-декоративной живописи Академии, которые создавались для последующей реализации в студенческом городке Московской консерватории.

Консерватория предложила молодым художникам оформить новый студенческий комплекс, строительство которого продолжается на Малой Грузинской улице. На выставке можно увидеть варианты росписи фойе, проект монументального решения фасада, художественную роспись интерьера бассейна, многочисленные рисунки, образцы мозаик, живописные полотна, эскизы.

Любовь Леонова. Проект монументального решения стилобитной части фасада. Мозаика

Эффектная, насыщенная новыми подходами выставка – не только презентация свежих авторских идей начинающих художников. Она будит воображение заинтересованных современников и, одновременно, ставит перед зрителями практические оценочные задачи, приглашая всех желающих к обсуждению.

Экспозиция открыта для зрителей ежедневно с полудня до (включительно) первого антракта вечернего концерта в Малом зале. Творческое сотрудничество вузов продолжается.

Собкор «РМ»

Фото Дениса Рылова

Светлая печаль

Мимолетные зарисовки из Тбилиси

№7 (1372), октябрь 2020 года

Исполнился год как ушел из жизни композитор Гия Канчели.
В тот момент – 2 октября 2019 года, – весть о его смерти показалась неправдоподобной. Как же так, ведь только недавно я его поздравила из Парижа с днем 84-летия, пожелала «многая лета» и получила в ответ e-mail Гии, в котором он согласился, что жить надо долго! А буквально через два месяца во всех средствах массовой информации появилась трагическая весть о смерти лауреата международных премий, всемирно известного композитора Гии Канчели. Главный журнал Франции Le Monde в эти дни отозвался о нем, как об одном из ведущих представителей направления «новой простоты» в современной музыкальной культуре… Эти события постепенно уходят в прошлое, но я не могу к ним не возвратиться: в тех насыщенных трагичных днях новая эпоха скрестилась с уходящей. Все, что произошло тогда, небезразлично и сейчас.

Похороны были не в Антверпене, где с 90-х годов жил и работал композитор, а в родном Тбилиси, куда он приехал незадолго до смерти лечиться и работать. Самолетом из Парижа я попала в Тбилиси 5 октября в день гражданской панихиды. Горе от потери доброго друга смешивалось, тем не менее, и с оттенком радости – ведь я вновь спустя 40 лет увижу гостеприимную солнечную Грузию, страну, с которой связаны многочисленные воспоминания и немало приездов из России по линии Союза композиторов.

В Тбилиси в аэропорту меня неожиданно встретила хозяйка гостиницы со своим мужем, которые объяснили, что отношения Грузии и России находятся в состоянии полного политического коллапса, между странами прервано самолетное сообщение, и они беспокоятся за меня. На мой вопрос: «Не опасно ли разговаривать по-русски?» – они ответили, что вообще-то нет, но… Действительность была неожиданной. Неужели все контакты оборваны, и я попадаю в Грузию в разгар антироссийской волны?!

Кадр из фильма «Кин-дза-дза», 1986. Режиссер Г. Данелия

Понятно, что исходя из сегодняшней ситуации (всемирная пандемия), события годовой давности исторически отдаляются. И к тому же где сегодняшняя Грузия, и где Россия… Разные языки, разные культуры… Но я понимаю, что под таким углом зрения смотреть на события было бы неправильно. Хорошо знаю, что Гия тяжело переживал конфликты России и Грузии. Творческая жизнь композитора до 90-х, «зарубежных», годов была связана непосредственно с обеими странами. Его музыку (симфоническую, камерную, к драматическим спектаклям) слушала вся Россия, Грузия, весь Советский Союз. Он был удостоен 11 высших государственных наград обеих стран. Для широкой русской публики он, конечно, прежде всего, соратник Данелии и автор музыки к его культовым фильмам, открывший слушателю галактику «Кин-дза-дза» и «Мимино». И никто не возмущался, что его популярнейшие песни звучали на грузинском, и что «у нас разные языки». Наверное, отчасти можно понять тех, кто сейчас говорит, что русские и грузины отдалились друг от друга. Но противопоставлять и изолировать культуры? Чем больше люди слушают и узнают друг друга, тем вернее, что они договорятся. И музыка Канчели – это прекрасная «путеводная звезда» на таком пути.

Кадр из фильма «Мимино», 1977. Режиссер Г. Данелия

Гражданская панихида проходила в Тбилисском академическом драматическом Театре им. Шота Руставели, с которым многие годы плодотворно сотрудничал композитор. Она стала событием национального и международного значения – прощаться с мастером пришли ведущие политические деятели Грузии, цвет артистической грузинской элиты, приехали друзья, музыканты из разных стран и континентов. Люди шли бесконечной чередой и этот нескончаемый поток никак не укладывался во временные рамки, отведенные на панихиду (10:00–14:00). Я искала знакомые лица, но российским друзьям и коллегам прорваться сквозь транспортные препоны, видимо, не удалось.

По желанию композитора его музыка в это полное скорби утро не звучала. Лишь один раз как бы из небытия вдруг донеслись в зал на несколько секунд звуки записи его вокального сочинения. Тихо и изумительно красиво пел сбоку сцены Патриарший хор кафедрального собора Святой Троицы под управлением Митрополита Даниэла. Чередовались «Святой бог», «Кресту твоему поклонимся», «Херувимоподобные» – песнопения, которые знают все грузины и которые являются квинтэссенцией духовной грузинской музыки.

Выступления во время официальной части панихиды, которые шли только на грузинском языке, были неформальны, немногочисленны и кратки – слово получили только некоторые из самых близких друзей и коллег (именно к ним обращался Гия в своем сочинении 2017 года «Письма к друзьям»): Эльдар Шангелая сказал: «Ты всегда будешь с нами», и попрощался с Гией стихами из песни «Сак арис» (Он здесь); Лано Гогоберидзе, которая поэтично и с огромной болью говорила: «… его называли «несмеющийся господин». За этим внешним фасадом все было заполнено музыкой, он существовал «сросшимся с музыкой». Именно поэтому он для нас как живой. Еще при жизни ему открылась другая реальность, Гия перешел в другое пространство. Благодаря своей музыке он познал что-то о жизни и смерти, чего мы не знаем»

После окончания панихиды зал разразился овациями, которые не стихали и на проспекте Шота Руставели пока по нему двигался кортеж. Гудели машины, аплодировали прохожие. И так продолжалось вплоть до достижения траурной процессии Тбилисского государственного театра оперы и балета имени З. Палиашвили. Город прощался с большим артистом – символом грузинской культуры.

Его музыка навсегда стала неотъемлемой частью культурной жизни. Она звучит постоянно на концертных площадках. По моей просьбе мне любезно предоставили список концертов, прошедших в Тбилиси за два месяца после кончины мастера и посвященных его памяти, в которых звучала его музыка. Только с ноября по декабрь насчитывается десять масштабных реализованных проектов и это не считая «концертов-послесловий» В. Спивакова, Ю. Башмета, Г. Кремера, запланированных проектов «Музыка вселенной» Hubble Fest V, российского фонда «Бельканто»…

В день кончины Канчели его музыка звучала во многих концертных залах мира. Не могу не привести здесь краткое воспоминание хорового дирижера Анзора Эркомаишвили: «Гия Канчели написал для мужского хора и ансамбля песни и танца «Рустави» сочинение на народный стих «Тсутисопели». Мы выучили это произведение и его премьера состоялась в зале Одесской филармонии 2 октября в дни фестиваля «Золотые скрипки Одессы». Утром в этот день мы узнали, что умер Гия. Во время концерта после исполнения этого сочинения было объявлено, что композитора нет в живых. Все слушатели, которые были в зале, встали и выдержали долгую минуту молчания. А затем зал разразился колоссальными овациями». Эти слова ценны еще и тем, что передают атмосферу исполнения этого неизданного сочинения, последнего из написанных композитором. На закате жизни автор задавал себе вопрос: «Зачем мы существуем на этой земле?» – и искал ответ в мудрых философских словах известного народного текста. Его смысл в кратком пересказе прост и символичен. Куда не пойдешь – везде океан… В этом океане есть остров… И на этом острове происходит рождение и смерть… Человек рождается для кратких мгновений жизни и далее – безбрежный океан… Это произведение прозвучало как реквием, озаренный светлой печалью.

Наступает момент, когда произведения и жизнь мастера становятся постепенно фактами истории. В Тбилиси, родном городе Гии Канчели, где он был избран почетным гражданином, увековечивание памяти выдающегося автора планируется в здании, где он жил. Там собираются со временем открыть дом-музей его имени. Именно там будут храниться архивы композитора, в том числе и та часть, которую предполагается перевезти из Антверпена. (Символично: как раз напротив находится дом, где жил Г. Товстоногов и куда нужно идти по столь гостеприимным и патриархальным улочкам Тбилиси. А на них среди разложенных книг на лавках можно вдруг увидеть тома из серии «Русские в Грузии». Или услышать вдруг откуда-то из окна донесшуюся давнюю фонограмму «Орэры» с чудесными русскими «Васильками», «Тополями», или напевание прохожим песни Канчели из фильма «Мимино»…). И будущие поколения в период кризисов и в бескризисные времена будут посещать этот негаснущий очаг культуры.

Елена Михалченкова-Спирин, кандидат искусствоведения, член Союза Композиторов России

Бордо, Франция

Светлой памяти Учителя…

Авторы :

№6 (1362), сентябрь 2019

Когда близкий человек уходит от нас навсегда, боль бывает непереносимой. 15 августа 2019 года на 89 году жизни после тяжелой и продолжительной болезни скончался Роман Семенович Леденев. Композитор, учитель, коллега, друг.

Вся жизнь Романа Семеновича была связана с Московской консерваторией. Он родился в Москве в 1930 году, в 1948-м окончил ЦМШ (кл. сочинения Е.И. Месснера и В.Я. Шебалина), в 1955-м – Московскую консерваторию (кл. Н.П. Ракова, А.Н. Александрова), в 1958-м – аспирантуру у А.Н. Александрова. Еще в годы учебы (1956–1964) начал преподавать в качестве ассистента полифонию, сольфеджио, инструментовку, гармонию, сочинение. Затем на протяжении 14 лет работал в Правлении и Секретариате Союза композиторов, но в 1978 году вновь вернулся к педагогической деятельности – в качестве доцента, а затем профессора кафедры сочинения. С 2006 года параллельно начал вести класс композиции в ЦМШ.

Роман Семенович проявил себя как удивительно многогранный, тонкий и чуткий композитор. За время работы им написано огромное количество сочинений различных жанров и направлений. Среди наиболее часто исполняемых и известных можно назвать «Эпиграфы» для флейты и камерного оркестра, Симфонию в простых ладах, Вариации на тему Гайдна, Концерт-романс для фортепиано и симфонического оркестра, Con sordini (Маленький реквием) для альта и камерного оркестра, «Русь – зеленая и белоснежная» для оркестра, балет «Сказка о зеленых шарах», «Некрасовские тетради» для баса и фортепиано. Он также написал музыку к кинофильмам «Раннее, раннее утро», «Ход конем», «Зной», «Крылья», «Вся королевская рать», «Странная женщина», «Атланты и кариатиды» и другим. Главное, что связывает эти разные сочинения – тема родной земли и русской природы, любимой во все времена. Отсюда особая тонкость, чистота и откровенность в передачи чувств.

Музыка Романа Семеновича часто звучит в московских концертных залах, в особенности, в любимых залах Московской консерватории. До самой последней минуты он мечтал еще раз пройти коридорами консерватории, войти в свой любимый 35 класс, а после занятий – обязательно послушать музыку в Малом или Большом зале.

Дело учителя продолжают ученики. Его выпускники работают в Москве и многих других городах России, а также в ряде зарубежных стран – Аргентине, Великобритании, Греции, Камбодже, Мексике, Ливане, Люксембурге, Японии.

Государство высоко оценило труд Романа Семеновича. Он удостоен званий заслуженный деятель искусств РСФСР и народный артист РФ, лауреат Государственной премии РФ.

Очень скромный, старающийся не доставлять проблем людям, Роман Семенович всегда умел понять других, поддержать каждого, кому были нужны его помощь, сочувствие, добрый и мудрый совет. К нему можно было прийти просто поговорить о жизни, о музыке, поделиться впечатлениями о новых сочинениях, поговорить о планах.

Человек живет столько, сколько хранится память о нем. И мы, все, кто имел счастье знать его, будем хранить добрую память о нашем чудесном Друге и Человеке – Романе Семеновиче Леденеве. Светлая память… Похоронен Роман Семенович на Троекуровском кладбище Москвы.

Доцент И.А. Дубкова

Ю.Х. Темирканов: «Важно – как начать…»

Авторы :

№4 (1360), апрель 2019

26 марта в Московской консерватории прошел мастер-класс народного артиста СССР, дирижера, профессора Юрия Хатуевича Темирканова. Событие вызвало большой резонанс. Благодаря организованной трансляции происходящего в классе, студенты и педагоги разных кафедр заполнили не только аудиторию, но и пространство за ее пределами. Уникальную возможность представить мастеру свою работу, услышать его мнение и рекомендации получили студенты кафедры оперно-симфонического дирижирования: Алексей Федин (класс доц. С.Д. Дяченко), Мария Курочкина (класс проф. И.А. Дронова), Джереми Уолкер (класс доц. В.А. Валеева), Артем Великий и Иван Никифорчин (класс проф. В.К. Полянского). Сочинения, исполненные концертмейстерами Владиславом Виноградовым и Виталием Гавруком под руководством молодых дирижеров, в основном принадлежали Брамсу. Музыку его Второй, Третьей и Четвертой симфоний обрамляли Пятые симфонии Прокофьева и Шостаковича.

Удивительно складывался творческий диалог между Темиркановым и молодыми дирижерами. Одной из специфических сторон этой профессии является потребность в таком слове, которое при редкости появления и краткости формулировки окажется в достаточной мере содержательным и метким, чтобы позволить музыканту понять смысл того, что он исполняет. Общаясь со студентами на языке дирижерского жеста и показывая «как нужно», Юрий Хатуевич объяснял «почему нужно» – точным, ярким словом, которое пронизывало весь мастер-класс.

Говоря об объективности мировоззрения и, как следствие, музыки Прокофьева, дирижер дал указание к исполнению начала Пятой симфонии: «Состояние не здесь, а там». Значение ауфтакта для всего дальнейшего течения музыки мастер объяснил, процитировав своего учителя, великого теоретика дирижирования Ильи Мусина: «Как ауфтактнется, так и откликнется». Кроме того, рассуждая о важности ощущения «вдоха» Темирканов проводит параллель с театром:«У Станиславского в театре было так: перед выходом на сцену коврик лежал. И вот за пять минут артист должен был встать там и стоять. Не анекдоты рассказывать и потом выскочить, а стоять. И знаете, почему? Потому что, это важно – как начать. Ты должен быть в состоянии ауфтакта».

Общаясь с участниками мастер-класса, маэстро затрагивал темы, актуальные для любого музыканта: «Молодые дирижеры всегда думают, что надо все переживать. Это смотря какого композитора. Прокофьев – объективный, там замедления не написаны, и смены темпов, которые Вы делаете – там этого нет. Прокофьев – хитрый. Он вообще не советский композитор. Он как и Брамс чувства прячет».

Особенно было интересно отношение Темирканова к актерским навыкам дирижера, к его мимике, как к некой подсказке, благодаря которой музыканты смогут лучше осмыслить содержание исполняемой музыки. Обращаясь к Алексею Федину, дирижировавшему второй частью Пятой симфонии Прокофьева, маэстро заметил: «Слишком много движения и телом, и руками. Лицо должно быть. Ничего нет комичнее, когда дирижер на сцене стоит и изображает чувства, а в оркестре каменные лица [показывает]. Надо музыкантов заставлять играть так, чтобы лицо было в характере. Вы музыку дирижируете, но не изображаете. Самое сложное в музыке – быть с юмором. Гайдн, Прокофьев и, конечно же, Стравинский были с юмором. Это не нужно дирижировать, это нужно изобразить. Изобразить характер того, что вы дирижируете. Если на лице нет юмора – не получится. И музыкантов нужно заставлять играть так, чтобы лицо было в характере, потому что иначе – никак…»

Не только участники, но и зрители мастер-класса получили драгоценный опыт, включившись в процесс переосмысления концепции сочинения в зависимости от художественной интерпретации дирижера. После исполнения Артемом Великим первой части Четвертой симфонии Брамса, Юрий Хатуевич объяснил свою трактовку этой музыки. Маэстро подчеркнул, обращаясь к произведению, что необходимо хорошо представлять или воображать, при каких внешних и внутренних обстоятельствах сочинял композитор: «Я, например, читал как-то: Малер пришел к Брамсу вечером, о чем-то говорили, а потом Малер попрощался, уходит и видит, как Брамс набросил плед на себя и сосиски в камине жарит… Почему я это рассказываю? Потому что это имеет отношение к музыке, к тому, как Вы будете дирижировать. Он ушел и Брамс, предположим, сел за рояль и… [играет].По-другому нельзя, ведь, значит, ты не знаешь, какая погода была, какое состояние».

Продолжая рассуждать о трактовке произведения, Темирканов затронул вопрос особенностей менталитета композиторов различных национальных школ: «Ты не того композитора дирижируешь. Он – немец. И немец свои чувства так не открывает – у него внутри Везувий. Внутри бурлит, а снаружи нет. Он немец, он стесняется. Это Чайковский в зал так всю душу выплескивает, каждому, кто сидит в зале, каждому отдельно он открывает свой мир душевный. А немцы этого стесняются. Для них Рахманинов – очень чувственный композитор, слишком открытый. В справочнике у них написано: “Рахманинов – великий русский пианист”».

Особенно ярким было выступление Ивана Никифорчина, продирижировавшего первую часть Пятой симфонии Шостаковича. По поводу звучания этой музыки Темирканов выразил важное замечание: «Иногда у Шостаковича должно быть скучно, это правда…Это очень странно – то, что я говорю. Не должно быть музыкально интересно. Атмосфера кошмара, запах безнадежной страны, атмосфера, когда ничего не происходит».

Участники мастер-класса рассказали о своих впечатлениях после события: «Я знала, что Юрий Хатуевич великий, потрясающий профессионал, замечательный, выдающийся музыкант, но общение вживую с таким человеком все равно всегда впечатляет. Даже после большого количества мастер-классов это все равно большая радость и большое счастье. Я получила невероятный эмоциональный заряд и импульс к дальнейшей работе» (Мария Курочкина). «Участвовать в мастер-классе у такого дирижера – это, конечно, уникальная возможность. Сразу после общения – много чувств и мыслей в голове. Конечно, прекрасное понимание стиля. Юрий Хатуевич показывает как оркестр, и сразу понятно, что он хочет. Это неповторимо» (Джереми Уолкер).

Остается выразить благодарность Московской консерватории, которая дает возможность молодому поколению музыкантов учиться у мастеров, видеть образцы профессионального отношения к своему ремеслу и принимать участие в настоящем созидании музыки, ради которой все это и происходит.

Мария Невидимова,
студентка ИТФ
Фото Дениса Рылова

Весенняя сказка

Авторы :

№3 (1359), март 2019

«Репетиция весны» – именно таким необычным названием привлекла жителей столицы крупная выставка тюльпанов и других весенних растений в Ботаническом саду МГУ «Аптекарский огород». В этом году она прошла здесь уже в пятый раз.

23 февраля состоялось открытие этой ежегодной выставки, приуроченное к празднованию Дня защитника Отечества, а также к 313-летию старейшего ботанического сада России. В связи с этим первые 313 гостей «Аптекарского огорода» получили в подарок по тюльпану из рук главных мужчин сада, среди которых – директор Алексей Ретеюм и ландшафтный архитектор Артём Паршин.

Москвичи начали занимать очередь на посещение выставки уже с самого утра. И это, действительно, того стоило. Цветочный рай в Выставочной оранжерее не оставил никого равнодушным. Тысячи тюльпанов, нарциссов, крокусов, гиацинтов, лилий, ландышей и других цветов разных видов и сортов, а также прочие растения, среди которых сирень, сакура, цитрусовые, яркими красками расцвели в стенах Рассадной оранжереи.

Посетители с восхищением разглядывали всю представленную экспозицию, наслаждаясь не только ее красотой и эффектным оформлением, но и головокружительными ароматами, витающими в воздухе. Растения пахли карамелью, арбузами, яблоками, какао…С утра и до самого вечера ажиотаж вокруг выставки не прекращался.

Завершился этот зимний февральский день праздничным концертом «Романтики в саду. От Шуберта до Шопена» в Субтропической оранжерее XVIII века, среди пальм, фейхоа, магнолий, цитрусовых и исторических фасадов. В исполнении музыкантов из консорциума Simple Music мы услышали несколько фортепианных сочинений Шопена, а также Октет Шуберта для двух скрипок, альта, виолончели, контрабаса, фагота, кларнета и валторны. Такое приятное завершение выходного дня подогрело романтическую атмосферу, царившую в Ботаническом саду. Люди, хоть и ненадолго, окунулись в весеннюю сказку, подаренную им организаторами цветочной выставки. Репетиция весны прошла успешно!

Екатерина Лубова, студентка ИТФ
Фото цветов автора



Пути студенческой науки

№1 (1357), январь 2019

Студенческое научно-творческое общество Московской консерватории проводит юбилейный сезон. Удивительно, что 1938-й год, который ассоциируется, прежде всего, с печальными страницами отечественной истории, в МГК стал точкой отсчета сразу для нескольких важных начинаний: была не только основана газета, которую читатель держит в руках (тогда – «Советский музыкант»), но также возникло Студенческое научно-творческое общество – СНТО (тогда – НСО). Пять лет назад после более чем двадцатилетнего перерыва деятельность СНТО в консерватории возобновилась.

Создание Общества в далеком 1938-м было инициативой снизу. Правда, выдающихся музыкантов, на тот момент студентов – Святослава Рихтера и Анатолия Ведерникова. Главным же «генератором идей» был Григорий Фрид, для которого студенческий кружок стал первым плацдармом просветительской деятельности, в будущем очень широкой.

Как и всякое неформальное начинание, СНТО не было «забюрократизированным», отчего значительная часть его деятельности, увы, не зафиксирована письменно. Чтобы восстановить эти сведения, нынешние студенты к 80-летию подготовили встречу участников СНТО разных лет. Она прошла 23 ноября. В насыщенной программе, которую открыл ректор, профессор А.С. Соколов, тоже участник Общества в студенческие годы, рассказы «из первых уст» (воспоминания профессоров И.В. Коженовой, Е.И. Гординой, Т.С. Кюрегян, И.К. Кузнецова, Т.А. Алиханова, Н.Н. Гиляровой, Р.А. Островского) перемежались с фрагментами сохранившихся отчетов и автобиографических записей основателей Общества, которые озвучивали молодые музыковеды (К. Агаронян, О. Бурдуковская, Н. Рыжкова, А. Хлюпина).

Другой частью юбилейной программы стали своего рода «Исторические концерты»: студенты и недавние выпускники исполняли музыку  композиторов, чьи сочинения в свое время звучали и горячо обсуждались на собраниях СНТО. И даже сегодня, когда афиши пестры и все разрешено, эти программы по-прежнему воспринимаются как очень нетривиальные. В них прозвучали сочинения Гавриила Попова, Богуслава Мартину, Чарльза Айвза, Арнольда Шёнберга, Альбана Берга, Алемдара Караманова, Альфреда Шнитке, Николая Корндорфа, Софии Губайдулиной, Дмитрия Смирнова, Арво Пярта и др. Ранее, на вечере к 100-летию со дня рождения основателя Общества Григория Фрида, музыковед Н. Травина исполняла его фортепианные опусы, а сопрано М. Симакова – фрагменты из монооперы «Дневник Анны Франк».

Если в ХХ веке одной из главных целей Общества было преодоление информационного вакуума (знакомство с тем материалом, который не мог войти в официальную учебную программу), то сегодня на первый план выходит необходимость сориентироваться в информационной лавине – обрести себя в профессии и, одновременно, найти единомышленников.

Учебный план не предусматривает межфакультетских контактов (за исключением, разве что, совместного посещения общеобразовательных лекций или участия в концертах класса общего фортепиано). Потому одним из важных аспектов работы СНТО в последние годы стало именно межфакультетское взаимодействие. Например, по инициативе А. Текучевой прошел концерт инструментовок, где учебные работы студентов-композиторов и музыковедов впервые прозвучали «вживую» – их исполняли студенты-оркестранты под управлением студентов-дирижеров. Организованный по инициативе В. Мирошниченко (ФИСИИ) фестиваль к 400-летию Иоганна Якоба Фробергера объединил серию концертов, конференцию молодых музыковедов и даже «заказ» на новое сочинение Е. Бриль (композиторский факультет), а в рамках секции старинной музыки состоялась лекция-концерт с российской премьерой Stabat mater Перголези в обработке Баха.

Инициированные Обществом семинары по современной музыке предлагали не просто незнакомый материал, но его музыковедческий, композиторский и исполнительский анализ – опять-таки силами студентов в присутствии и с комментариями педагогов. Междисциплинарный дискурс задавался и в семинарах по истории оркестрового исполнительства (инициаторы – дирижеры М. Курочкина и А. Каримов).

Одновременно межфакультетские проекты СНТО стали шагом к развитию межвузовских контактов. В серии перекрестных семинаров со старшекурсниками ГИТИСа мы рассказывали им о современном оперном театре, они нам – о ключевых фигурах и явлениях театра драматического. Регулярно Общество выступает в роли организатора всероссийских студенческих конференций-конкурсов («Музыкальный и драматический театр: пересечения и взаимодействия», «Музыка в истории литературы / литература в истории музыки», «Свое и чужое в истории музыки: от пародии до аллюзии» в рамках Шестой международной конференции «Музыка-философия-культура»), где вместе со студентами консерваторий принимают участие сверстники из МГУ, РГГУ, ВШЭ и др.

Наше Общество не только научное, но и творческое. Так, большую серию концертов (и приуроченных к крупным проектам СНТО, и автономных) организовала дирижер К. Ищенко. На них обычно приглашаются студенты других творческих вузов, а мы, в свою очередь, свободно посещаем театры и музеи. В числе «бонусов» для активистов СНТО – специальная закрытая экскурсия в Музей Булгакова, мероприятия Общества в Музее Скрябина, приглашение на вернисаж в ГМИИ им. Пушкина, проход вне очереди на самые востребованные выставки Третьяковки, билеты на спектакли Мастерской Дмитрия Брусникина (одной из самых ярких и известных театральных трупп) и на спецпоказ реконструкции оперы Михаила Матюшина «Победа над солнцем»… Этот список регулярно пополняется.

Наконец, в последние годы СНТО вышло на международный уровень: по приглашению Общества профессор Сент-Эндрюсского университета Эмма Саттон (Шотландия) прочитала в консерватории публичную лекцию «Музыка в творчестве Вирджинии Вульф». Благодаря усилиям Ю. Москвиной мастер-классы провели клавесинисты Питер Дирксен (Нидерланды) и Эберхард Клотц (Германия). По случаю 450-летия Монтеверди с лекциями выступили гости из Италии, в том числе, замдиректора архива Мантуанской епархии, профессор Università Cattolica del Sacro Cuore Лича Мари. Совместно с Центром электроакустической музыки студенты организовали лекции бразильского композитора Пауло Шагаса. Все самые масштабные проекты СНТО проходят в сотрудничестве с педагогами профильных кафедр.

Своего рода результатом работы СНТО можно считать тот факт, что некоторые из студенческих начинаний постепенно преобразуются во «взрослые» проекты. Организованный в 2014 году по предложению Д. Висаитовой «День Испании» через несколько лет перерос в крупный двухмесячный фестиваль «Musica Iberica», в котором приняли участие студенты всех московских музыкальных вузов. В 2019 году ожидается еще более масштабная «Musica Iberica – 2».

На встречах по современной музыке из старшекурсников и недавних выпускников консерватории сформировался костяк команды нового интернет-проекта Stravinsky.online (А. Пантелеева, А. Локтева, К. Агаронян, Р. Фахрадова, шеф-редактор В. Тарнопольский). На его сайте размещаются статьи по истории музыки ХХ века, плей-листы с комментариями, ежедневно обновляемая лента российских и международных новостей новой музыки, а главное – рубрика переводов, где в числе прочего впервые опубликовано знаменитое эссе Карла Дальхауза «Почему так трудно понимать новую музыку» (перевод С. Наумовича).

Серия встреч журналистского кружка СНТО (куратор – Д. Локотьянова) переросла в состоявшийся в рамках консерваторского фестиваля «Московский форум» масштабный Семинар по музыкальной журналистике. В качестве лекторов были приглашены известные журналисты-преподаватели и выпускники нашей Alma mater, которая распахнула двери для всех желающих: студентов музыковедческих и журналистских факультетов, практикантов газет и телеканалов из десятков городов России.

Всего за неполные пять лет возрожденное СНТО провело более 70 мероприятий. Среди последних – стартовавший осенью цикл встреч по музыкальному менеджменту (инициатор – А. Хлюпина): организаторы крупных музыкальных фестивалей делятся своим опытом, а в практической части идет экспертный разбор предлагаемых студентами проектов.

В прошлом учебном году в жизни Общества начался очередной новый этап: председателем стала аспирантка А. Пастушкова, ее заместителями – К. Агаронян и Р. Фахрадова. Масштабная деятельность, конечно, невозможна без поддержки наших профессоров – А.С. Соколова, активно ратовавшего за возобновление деятельности СНТО, К.В. Зенкина, неизменно участвующего в жюри конференций-конкурсов, многих других педагогов, которые, как правило, не отказывают в помощи. И, конечно, отдельное и особое спасибо Р.А. Насонову, научному руководителю СНТО, без которого оно не было бы ни столь творческим, ни столь научным.

Владислав Тарнопольский,

председатель СНТО в 2014–2017 гг.

«Скандинавская публика очень доброжелательна…»

Авторы :

№7 (1354), октябрь 2018

6 сентября в концертном зале шведского города Хельсингборг состоялась мировая премьера новой партитуры Фараджа Караева: в исполнении симфонического оркестра города под руководством дирижера Штефана Сольома (Stefan Solyom) прозвучала оркестровая транскрипция «Лунного Пьеро» Арнольда Шенберга. Солировала София Йеренберг (Sofia Jerenberg). Наш корреспондент связался с композитором и задал ему несколько вопросов.

– Фарадж Караевич, расскажите, пожалуйста, об этом необычном проекте.

– Пару лет назад я начал оркестровать для большого симфонического оркестра «Лунного Пьеро», который в оригинале, как известно, написан для пяти инструментов. Работал медленно, для собственного удовольствия, по возможности, максимально растягивая процесс и не думая о каких-либо конкретных вариантах исполнения. В процессе оркестровки в телефонном разговоре со своим хорошим другом, австрийским дирижером и композитором Роландом Фрайзитцером я упомянул о своей работе. Фрайзитцер решил помочь с исполнением: он является редактором австрийского Universal Edition, которому принадлежат права на сочинения Шенберга, и как функционер издательства заинтересован в их продвижении. Так и получилось у него сочетание приятного – помочь другу, с полезным – прямые обязанности редактора UE (смеется). Фрайзитцер рассказал о моей работе художественному руководителю Дома музыки шведского города Хельсингбор Фредрику Остерлингу, который является композитором и одновременно блестящим тромбонистом. Он заинтересовался новой партитурой, связался со мной и попросил закончить ее к апрелю текущего года, чтобы уже осенью сыграть премьеру. Естественно, такое предложение не могло не подхлестнуть меня, и в конце марта моя вялотекущая работа была закончена.

– Вы остались довольны исполнением?

– На такой простой вопрос мне, как это не удивительно, очень трудно ответить. С одной стороны, доволен – партитура озвучена, и это, конечно, не может не радовать. С другой стороны, репетиций было всего две, а в день концерта состоялся прогон, и это не могло не сказаться на качестве исполнения. И хотя оркестр справился с партитурой, все звучало, в общем, вполне достойно, и дирижеру удалось держать зал в напряжении, сыграно было, как говорится, «крупным помолом», без внимания к мелочам, которыми наполнена партитура.

– А с чем это связано? Чересчур загружен оркестр?

– Я бы не сказал… Просматривая буклет с программами на сезон, я увидел, что они вполне традиционны и не являются чрезмерными. Как мне объяснили, такое положение связано с сокращением финансирования, и это, к сожалению, проявление тенденции, которая в той или иной степени сотрясает «просвещенную» Европу. Даже на таком известном и престижном Фестивале, как «Би-Би-Си Промс», программа нередко вообще играется с одной репетиции. Другое дело, скажем, проблемы ЛГБТ-сообществ или гендерного равенства, которым в Европе уделяется большое внимание. Тут и симпозиумы в огромных залах, и демонстрации, и обсуждения-дискуссии, и передачи по ТВ – в это вкладываются весьма солидные средства, это выгодный бизнес, товар этот можно продавать с немалой прибылью. А музыка, кому она вообще нужна!

– Как приняла публика этот опус? Ведь музыка Шенберга непроста для восприятия.

– Очень тепло. И я должен сказать, что холодная – в нашем представлении – скандинавская публика ведет себя очень активно и доброжелательно. Для меня удивительно было видеть и слышать, как долго не смолкали аплодисменты, как долго не отпускали дирижера, и он многократно выходил на поклон. Кстати, о публике. Основное население города – пенсионеры, здесь редко встретишь людей средних лет – либо школьники, либо люди пожилого возраста. И вот эти дедушки-бабушки, старики-разбойники, заполнившие зал, после завершения программы вели себя как расшалившиеся подростки – не только хлопали, но и кричали, свистели, топали ногами, выражая свой восторг. Правда, такую овацию заслужил не Шенберг, а… Дворжак (смеется).

– Вы планируете исполнение партитуры в Москве? Например, в новом концертном зале «Зарядье», на открытии которого с огромным успехом дирижировал Валерий Гергиев.

– Это зависит только от дирижера, но не от автора. Не думаю, чтобы Гергиева заинтересовал Шенберг. Этот дирижер дает до семисот пятидесяти концертов в год, он, как сказали бы прежде, настоящий «герой производства», «Ударник коммунистического труда». Здесь же нужен глубокий и вдумчивый музыкант, каким был незабвенный Евгений Александрович Мравинский, для которого длительный репетиционный процесс был естественным проявлением его творческого гения. Из ныне живущих я бы назвал, в первую очередь, Владимира Юровского и Теодора Курентзиса, двух абсолютно не похожих друг на друга дирижеров, уникальных как по таланту, так и в своей бескомпромиссности в творческих устремлениях. Так что проблем с исполнителями нет… Было бы желание.

– Спасибо за беседу!

Собкор «РМ»

Призывной голос медных инструментов

№3 (1350), март 2018

В конце первого семестра, 4 декабря, в Московской консерватории с неизменным успехом прошел очередной концерт студентов и ассистентов-стажеров кафедры медных духовых инструментов (классы педагогов В.С. Шиша, Ю.Я. Ларина, В.А. Новикова, В.Б. Баташева, А.В. Старкова, А.О. Корнильева, Э.Б. Юсупова, А.А. Раева, В.М. Лаврика, Я.А. Белякова, С.Ф. Бармина). В мероприятии приняли участие и приглашенные музыканты – Екатерина Спиркина (орган), Янай Егудин (ударные), Яна Костина (фортепиано), а также вокальный ансамбль «Arielle» под управлением Эльмиры Дадашевой.

Подобные программы, ставшие популярными у широкого круга слушателей, традиционно демонстрируют богатую «смесь» из музыки различных жанров, стилей и эпох. В этот раз в одно целое объединились произведения композиторов барокко, романтизма, классицизма и XX века.

Первое отделение началось октетом тромбонов, которые исполнили «Торжественную музыку» В. Нехльбеля. Следом предстала яркая череда концертов: Концерт Cdur для двух труб и органа А. Вивальди, Концерт для двух валторн и фортепиано А. Розетти и Концертино для тромбона и фортепиано М. Списака. Другую группу ярких ансамблевых номеров составили «Славянская фантазия» для трубы и фортепиано К. Хёне, Соната для бас-тромбона и фортепиано Т. Альбинони, Соната для тубы и фортепиано В. Кладницкого и «Побег» для брасс-ансамбля К. Макки.

Особенным подарком любителям барочной музыки стал хорал «Wir sind erfreut» для камерного хора, органа, двух труб и литавр из Пасхальной оратории И.С. Баха. А «Хвалебная песнь» для валторны соло Б. Крола воспринималась как его непосредственное продолжение.

Второе отделение открыли блестящие «Армянские эскизы» для брасс-квинтета А. Арутюняна. Затем прозвучали разнообразные, мастерски исполненные пьесы – Концертштюк №1 для трубы и фортепиано В. Брандта, Концерт для валторны с оркестром Р. Глиэра, Соната для трубы, валторны и тромбона Ф. Пуленка, Соната b- moll для тромбона и фортепиано С. Шулека и др. Особенно запомнился эпизод «Шествия князей» из оперы «Млада» Н.А. Римского-Корсакова в аранжировке Я. Белякова для большого брасс-ансамбля.

В целом, подобные концертные программы как нельзя лучше показывают результаты успешной и плодотворной работы педагогов кафедры, ассистентов-стажеров и студентов. Нельзя не отметить и профессионализм концертмейстеров – Ольги Ветух, Екатерины Грашиной, Елены Кузнецовой, Натальи Мятиевой, Марии Орловой, Светланы Оруджевой и Натальи Полищук. В тот вечер все участники концерта показали высокий уровень владения тремя стилями музицирования – оркестровым, ансамблевым и сольным.

 Н.А.  Токарев,

ассистент кафедры

Едва начавшись, 2018 год преподнес профессионалам и любителям музыки сюрприз. В феврале стало известно, что в XVI Международном конкурсе имени П.И. Чайковского впервые смогут принять участие исполнители на духовых инструментах. Концерт педагогов и ассистентов-стажеров кафедры медных духовых, состоявшийся в Рахманиновском зале 12 февраля, дал однозначный положительный ответ на вопрос, готовы и достойны ли духовики уже в следующем году вступить в битву за звание лауреатов этого знаменитого конкурса.

Вечер начался с минуты молчания, которой присутствующие почтили память погибших в авиакатастрофе АН-148. Концертную программу открыли ст.  преп.  А.М. Иков, преп. А.В. Ферапонтов, доц. Э.Б. Юсупов и преп. С.Ф. Бармин, которые исполнили «Фанфары для Бима» Л. Бернстайна. В концерте принял участие практически полный педагогический состав кафедры, представивший все грани профессионального мастерства, богатую техническую, художественную и репертуарную палитру сегодняшней консерваторской «меди». Негласным девизом данного вечера стал афоризм «научить можно только тому, что умеешь делать сам».

С включением в программу Конкурса им. Чайковского исполнителей-духовиков встал вопрос об обязательном конкурсном репертуаре. Как известно, оригинальных сочинений для медных духовых композитор после себя не оставил (не считая оркестровые solo). Произведения Чайковского в этот вечер в Рахманиновском зале не звучали, но говорить о недостатке исполнительского арсенала «блестящих» тоже не придется. К примеру, доц. В.М. Лаврик блистательно представил «Победителя» – Концертино для трубы А.Н. Пахмутовой. Мировая премьера этого сочинения, посвященного самому музыканту, состоялась 5 февраля в Большом зале – но уже в сопровождении симфонического оркестра. Еще одна пьеса Пахмутовой – «Ноктюрн» для валторны и фортепиано – была сыграна ассистентом-стажёром А. Мартыненко.

Создание новых произведений – не единственный путь обогащения репертуара духовиков. В практику вошли также переложения инструментальных произведений. Композиция Д. Андерсона «В мире морском», в профессиональной обработке преп. С.Ф. Бармина для 8 (!) туб с ударными инструментами, произвела огромное впечатление на публику (ансамблем дирижировал проф. В.С. Шиш). Звучали в программе и другие аранжировки. «Баркаролу» из оперы «Сказки Гофмана» Ж. Оффенбаха и Фантазию на русскую народную песню «Вдоль по Питерской» Б. Анисимова (все – версии Н. Власова) продемонстрировали ассистенты-стажёры А. Бахарев и В. Пинялов. Концерт для двух валторн Гайдна в переложении для флюгельгорна и валторны явили слушателям преп. А.А. Раев и доц. А.О. Корнильев. Сюиту для квартета тромбонов и духового оркестра «Путешествие по Европе» И. Гостева в обработке автора сыграл Квартет тромбонистов кафедры и Большой брасс-ансамбль п/у преп. Я.А. Белякова.

Конечно, в программе вечера были и сочинения, написанные непосредственно для медных духовых инструментов. Среди них – I часть Концертино Ф. Давида для тромбона, которое подарил слушателям доц. Э.Б. Юсупов; Концерт А.  Вивальди для двух труб в интерпретации ассистента кафедры Н.А. Токарева и студента И. Мальцева; Сюита для тубы и фортепиано Д. Хаддада в исполнении ассистента-стажёра Д. Фёдорова. Настоящий музыкальный подарок слушателям преподнёс доц. А.В. Нянькин, позволивший на миг окунуться в чарующий мир джаза под звуки «Сентиментального настроения» Дж. Бассмана. А завершился вечер бравурными аккордами «Парада трубачей» Л. Андерсона в исполнении всех участников концерта.

Звучание медных духовых инструментов всегда привлекало внимание широких слоев любителей музыки – вспомните концерты духовых оркестров в садах и парках. Поддержка духового искусства в России в последние годы стало делом государственной важности. В связи с этим, очевидно, что перед «духовым музыкальным сообществом» нашей страны встают и новые вызовы, которые требуют незамедлительного, виртуозного и профессионального ответа. Концерт кафедры медных духовых инструментов Московской консерватории показал, что консерваторская «медь» идет в ногу со временем и достойна «золота» самой высшей пробы.

Владимир Пинялов,

 ассистент-стажер кафедры

В честь «сибирского соловья». К 230-летию со дня рождения А.А. Алябьева

№3 (1350), март 2018

«Среди многих музыкальных дарований всплывает имя Алябьева, имя, с каждым годом все более и более яснеющее для нас благодаря умножающимся раскопкам его музыки» – писал в свое время Б.В. Асафьев. Сказанное актуально и сегодня.

4 (15) августа ушедшего года исполнилось 230 лет со дня рождения выдающегося композитора пушкинской эпохи Александра Александровича Алябьева (1787–1851). В разных регионах России, в том числе на родине Алябьева в Тюменской области, состоялись юбилейные мероприятия с участием известных музыкантов, актеров и общественных деятелей. В Тюмени и Тобольске прошел ежегодный фестиваль «Алябьевская осень», а также концерты в доме-музее композитора в Пятигорске. Во Всероссийском музейном объединении музыкальной культуры имени М.И. Глинки 4 ноября был представлен концерт Государственного духового оркестра России под управлением Александра Нянькина. В программе звучали неизвестные сочинения, рукописи которых хранятся в фондах музея: некоторые произведения были исполнены на исторических музыкальных инструментах XIX века из Государственной коллекции.

Московская консерватория не могла обойти стороной эту знаменательную дату. Любопытно, что в архивах Музея им. Глинки удалось обнаружить афишу юбилейного концерта к 160-летию Алябьева в Малом зале, прошедшего в рамках филармонических Исторических концертов. Среди исполнителей видим Государственный симфонический оркестр СССР под управлением Н.П. Аносова, легендарный Государственный квартет им. Бетховена, вступительное слово – Б.В. Доброхотов. И спустя 70 лет молодое поколение консерваторцев вновь отдает дань памяти одному из ярких представителей отечественной музыкальной культуры первой половины XIX столетия.

Кафедра истории русской музыки 20 декабря представила программу юбилейных мероприятий в честь «сибирского соловья»: выставку архивных документов, принадлежащих Московской консерватории, которую помогла сделать Научная музыкальная библиотека им. Танеева; открытое заседание кафедры, посвященное музыкальному наследию композитора; и гала-концерт 20 декабря в Рахманиновском зале консерватории.

А.А. Алябьев – талантливый русский композитор-романтик, вольнодумец и герой Отечественной войны 1812 года – человек сложной, трагической судьбы. В феврале 1825 года, накануне печально известных исторических событий, Алябьева по недоказанному обвинению в убийстве лишают всех званий и отправляют в ссылку в Сибирь. Как знать, может быть, эта ссылка спасла ему жизнь, ведь многие из ближайшего окружения композитора участвовали в восстании декабристов, некоторые из них погибли.

Обширное творческое наследие композитора во многом не было оценено при его жизни. Имя Алябьева даже запрещалось упоминать на афишах, указывались лишь инициалы «А.А.». Многочисленные вокальные произведения (в том числе собрания русских песен), пять одночастных симфоний и симфонические увертюры, фортепианная музыка, хоровые, камерные сочинения (сонаты, трио, квартеты, квинтеты), 6 опер (три из них не завершены), балет, множество водевилей, музыка к спектаклям – все это долгое время не изучалось, многие произведения были погребены в архивах, а то и вовсе не сохранились. Тем не менее, Алябьев никогда не бросал сочинять – в его камере по ходатайству друзей даже установили фортепиано. Композитор создал в ссылке свои лучшие духовные сочинения для хора, а также великолепные образцы музыки для духового оркестра.

Программа концерта «Алябьев-гала» в Рахманиновском зале была подобрана очень тщательно, чтобы максимально широко представить многообразие творческого наследия композитора. Вновь прозвучали фрагменты оперы «Буря», возрожденной к жизни 3 года назад в режиссерском прочтении П. Татарицкого (об этом событии «Российский музыкант» рассказывал своим читателям – «РМ», 2015, №1). Ансамбль «Chant des flutes» исполнил Квартет для четырех флейт – ранний образец русских камерных ансамблей для духовых инструментов, «уникальный пример монотембрового сочинения первой трети XIX века» (проф. Е.Б. Долинская). Лауреаты международных конкурсов К. Апалько, К. Кравцов и А. Толстов блестяще интерпретировали Большое фортепианное трио ля-минор. Вокальная лирика Алябьева была представлена четырьмя разноплановыми романсами – «Воспоминание» и «Два ворона» на стихи Пушкина, «Желание» (стихи Н.Н.), и «Нищая» (стихи Беранже в переводе Д. Ленского) – в исполнении солистки Большого театра России Д. Давыдовой (ф-но – Ю. Куприянова). «Визитная карточка» Алябьева – романс «Соловей» прозвучал в транскрипции Листа, его исполнила на арфе лауреат международных конкурсов Н. Куприянова.

Хоровой музыке Алябьева посвятили отдельный блок. Камерный хор Московской консерватории (художественный руководитель – проф. А.В. Соловьев) под управлением Т. Ясенкова спел «Херувимскую» и переложения романсов – «Зимняя дорога» на стихи Пушкина (ф-но – Ю. Куприянова), «Всех цветочков боле», «Прощание с соловьем на Севере» (соло – Д. Давыдова, партия органа – проф. Е.Д. Кривицкая), и застольная песня «Други, радость нам дана» на стихи А. Дельвига.

Во втором отделении звучала музыка для духового оркестра, которому Алябьев всегда уделял большое внимание. Государственный духовой оркестр России под управлением А. Нянькина продемонстрировал сочинения, некоторые из которых были расшифрованы лишь в 2017 году – Симфонию Ми-бемоль мажор, Увертюру к опере «Швейцарское семейство», Пьесу для корнета и духового оркестра, Скорый марш и Pass Redouble для духового оркестра. Мощным заключительным аккордом стала премьера Торжественного гимна «В сей день вы, россы, торжествуйте», оркестрованного для духового оркестра, струнного квартета и хора известным российским композитором Кузьмой Бодровым специально для гала-концерта (вспомним, что именно Бодрову принадлежит редакция для камерного оркестра оперы Алябьева «Буря»).

Самые теплые слова благодарности за помощь в проведении юбилейных мероприятий хочется высказать в адрес Московской консерватории, а также директора Всероссийского музейного объединения музыкальной культуры имени М.И. Глинки М.А. Брызгалова и сотрудников музея, художественного руководителя Центра духовой музыки С.А. Поляничко, артистов и дирекции Государственного духового оркестра России.

По словам Ираклия Андронникова, «время не состарило великолепную музыку Алябьева». Растущий интерес исследователей и исполнителей обусловлен тем, что творчество композитора отражает важнейшие эстетические тенденции романтической эпохи, ставшие актуальными и в наши дни – противостояние реального и идеального, одинокого «я» и окружающего мира (зачастую враждебного), бренность власти, богатства и вечной ценности любви, гармонии человека и природы.

Я.А.  Кабалевская,

преп. кафедры истории русской музыки

Эдуард Грач: «Чтобы его имя продолжало жить…»

Авторы :

№ 6 (1344) сентябрь 2017

С 28 апреля по 7 мая 2017 года в Москве прошел VII Международный конкурс скрипачей имени А. И. Ямпольского. Имя великого педагога и музыканта Абрама Ильича Ямпольского – создателя легендарной скрипичной школы, воспитавшего целую плеяду блестящих скрипачей – гордость скрипичного искусства ХХ века. Конкурс его имени основан и проводится по инициативе выдающегося ученика Ямпольского, профессора Московской консерватории, народного артиста СССР Э. Д. Грача, продолжающего замечательные исполнительские и педагогические традиции своего Учителя.

Впервые этот конкурс проводился в Дубне (1996), затем дважды (1999, 2002) в Пензе, куда в годы войны, вместе с классом А. М. Ямпольского была эвакуирована Центральная музыкальная школа, а начиная с четвертого он стал частью культурной жизни Москвы (2006, 2009, 2012, 2017). По сложившейся традиции все конкурсные прослушивания проходят в ЦМШ, а концерты – в залах Московской консерватории. Жюри бессменно возглавляет профессор Э. Д. Грач.

В этом году в конкурсе, проходившем в 3 тура, участвовало более 40 человек. Они выступали в двух возрастных категориях: младшей (до 15 лет включительно) и старшей (с 16 до 32 лет). Соревновались молодые скрипачи из России, Казахстана, Узбекистана, Греции, Китая, Японии, Австралии, Австрии, Германии, Великобритании и США. В жюри вошли известные профессора: Л. И. Габышева (Якутия), М. Х. Гантварг (Россия), В. М. Иванов (Россия), А. Кандинская (Австрия), Лина Ю (Китай), П. Мунтяну (Румыния-Германия), Р. К. Мусахаджаева (Казахстан), И. Рашковский (Израиль-Великобритания).

Соревнования завершились внушительным списком лауреатов. В младшей группе победили: Вон Пуй Ин (Гон-Конг, Китай)1 премия, Мария Артеева (Россия) – 2-я, Юй Сычень (Китай) – 3-я, Матвей Блюмин (Россия)4-я, Дарья Лист (Австрия)5-я; 6-ю премию получили Стефания Поспехина (Россия) и Мария Качарина (Россия), диплом лауреата – Валерия Cвичкаренко (Россия). В старшей группе: Нинагава Хироко (Япония) –1-я премия и спецприз жюри за лучшее исполнение «Рондо-каприччиозо» Мендельсона-Ямпольского, Агафия Григорьева (Россия) – 2-я, 3-ю премию поделили Сан Эмили (Австралия – Великобритания), Ишибаши Хаято (США), Чен Цзаи (Китай) и Анна Савкина (Россия); дипломы лауреатов получили участники из России – Ангелина Гвоздарева, Даниил Коган и Андрей Кузнецов.

Итогом конкурса стал грандиозный гала-концерт 7 мая в Большом зале консерватории, на котором выступали победители с камерным оркестром «Московия». По завершению всех событий мне удалось побеседовать с президентом конкурса профессором Э. Д. Грачом.

Награждается Нинагава Хироко – 1-я премия и спец приз жюри

– Эдуард Давидович, Вы были инициатором создания этого конкурса, расскажите, пожалуйста, какая идея лежала в основе?

– Абрам Ильич Ямпольский – один из основоположников русско-советской скрипичной школы. Его класс всегда был самым сильным в ЦМШ и Консерватории, среди его учеников было больше всего лауреатов, а впоследствии – выдающихся артистов. И до войны, и во время войны, и после войны вплоть до его кончины в 1956 году. Но все забывается… Моей идеей было увековечить его имя, чтобы оно продолжало жить. Поэтому я счастлив, что конкурс имени моего великого Учителя проходит уже в седьмой раз.

– Каким был уровень подготовки нынешних участников?

– Невероятно высоким! По мнению жюри, он превзошел уровень скрипичной группы на последнем конкурсе им. П. И. Чайковского. Во всяком случае, не уступал ему. Что ни скрипач, то претендент на премию! Я могу назвать достаточное количество ребят, которые могли бы быть в финале, но они туда не попали. Например, в старшей группе – Джанай Туленова, замечательная скрипачка из Казахстана, я слышал ее в Астане и пригласил на конкурс в Москву. На мой взгляд, также очень сильные скрипачи – Александр Котельников, Алги Акбике, а в младшей группе Илюшина Валерия. Они уверенно шли в финал, но, как видите, остались «за бортом». Конкурс есть конкурс. По его условиям в старшей группе в финал могли выйти только 8 претендентов, мы пропустили 9, но, на мой взгляд, достойных было не менее 12 человек!

– Расскажите, пожалуйста, о Ямпольском, в честь которого Вы создавали этот конкурс.

– С уверенностью могу заявить, что таких людей я больше не встречал. Интеллигентность высшей пробы. Добряк невероятный, порядочность невероятная. Я всегда говорю, что мне повезло с учителями – я начинал в классе профессора П. С. Столярского, позже учился у профессора И. А. Гутмана, затем четыре года в ЦМШ, пять лет в консерватории и три года в аспирантуре в классе профессора А. И. Ямпольского. Я счастлив, что мог провести с ним столько времени и так многому от него научиться.

Ямпольский был уникальным скрипачом – руки просто фантастические. Но он очень волновался перед выступлениями, поэтому и карьеры исполнителя не было. Зато стал великим педагогом. Он умел развить яркую индивидуальность в каждом ученике, они все – очень разные, и в этом величие школы Ямпольского. И у него была феноменальная память. Как-то на уроке зашла речь о произведении, которое он слышал очень давно, в 20-е годы: «Дай-ка мне скрипку» – сказал он, и сыграл с начала до конца.

Абрам Ильич для меня – святая личность. Он был очень человечным, встречал меня на вокзале, когда я одержал первую победу, получив золотую медаль на Международном конкурсе в Будапеште в 1949 году…

– Вы, наверное, рады, что задуманный Вами мемориальный конкурс сейчас привязан к стенам,           в которых когда-то Вы занимались с Ямпольским?

– Да, для меня глубоко символично, что прослушивания идут в залах Центральной музыкальной школы, где я впервые встретил моего дорогого Учителя. Я верю, что этот Международный конкурс останется значимым событием как в музыкальной культуре России и мира, так и в творческой судьбе каждого его участника.

Беседовала Яна Катко,

 студентка ИТФ

До и после 1917 года

Авторы :

№ 2 (1340), февраль 2017

Вот уже почти четверть века в России при поддержке Патриархии проходят Международные Рождественские образовательные чтения, как правило, в последние дни крещенской недели – 25–27 января. К настоящему времени они стали представительным научным форумом, тематика которого вышла далеко за пределы вопросов образования и просвещения: тема недавно состоявшихся чтений – «1917–2017: уроки столетия» – была связана с важнейшей для нашей страны годовщиной. 26 января в Московской консерватории Рождественские чтения прошли в седьмой раз в формате Всероссийской научной конференции «Русское религиозное искусство XX века: до и после 1917 года».

Религиозное искусство есть сфера неизмеримо более обширная, нежели область церковных художеств. Свет Христов, просвещающий всех, на тысячелетия определил вектор развития научной мысли и художественного дерзновения всей христианской цивилизации. В этой связи изучение путей отечественного искусства минувшего столетия предполагает их осмысление в широком контексте исторических, социокультурных и мировоззренческих процессов эпохи. Обо всем этом говорил в своем вступительном слове проректор по научной работе МГК, профессор К. В. Зенкин. С приветствием к аудитории обратился и член патриаршего совета по культуре иеромонах Никон (Белавенец), постоянный гость консерваторских Рождественских чтений.

Среди участников конференции были как москвичи (представители Государственного института искусствознания, радио «Радонеж», консерваторских Центра церковной музыки имени протоиерея Димитрия Разумовского, кафедр истории зарубежной и русской музыки), так и ученые из Ростова-на-Дону – сотрудники Южного научного центра РАН и библиотеки Ростовской консерватории имени С. В. Рахманинова.

Тематика докладов была весьма многообразна и освещала проблемы религиозной музыкальной культуры разных эпох и этнических традиций. Достаточно перечислить основные тематические направления представленных материалов: византийская культура богослужебного пения, ее изучение и практическое освоение; интонационные модели знаменного роспева в светских сочинениях русских композиторов; судьбы русской духовной музыки в 20-е – 30-е годы XX века, неизвестные страницы творчества отечественных и зарубежных церковных композиторов данного периода; духовный подтекст театральных постановок межвоенного двадцатилетия; хоровая культура Русской православной церкви конца XX – начала XXI столетия.

Наиболее разносторонне оказалась представлена проблематика религиозного искусства русских композиторов 20–30-х годов XX века. Творческий импульс начала ушедшего столетия дал жизнь самым разным направлениям эволюции отечественной музыкальной культуры, церковной и светской. При всех исторических перипетиях пространство русской церковнопевческой традиции, разъединенное «географически», оставалось по существу единым. Одновременно шел процесс духовных и художественных поисков на пересечении разноконфессиональных течений внутри христианского мира. Также продолжался начавшийся в XVII веке процесс взаимовлияния церковной и светской русской музыки. Целый комплекс сложностей и ограничений сопровождал воплощение религиозной тематики на театральной сцене как до 1917 года, так и после него. В частности, чрезвычайно занимательны вопросы, связанные с прочтением библейских сюжетов, перенесенных на балетную сцену. Означенному комплексу проблем были посвящены семь докладов из двенадцати.

Процесс возобновления литургической жизни, активно идущий начиная с 1990-х годов, выявил необходимость практического овладения богослужебной, в том числе певческой, традицией. Для этого музыкантам, приходящим в церковь, необходимы навыки адекватной оценки вновь обретенных хоровых партитур, ориентация в исполнительской стилистике разных традиций, как господствующих ныне в Русской православной церкви, так и принадлежащих истории. Этот круг вопросов лег в основу докладов молодых участников конференции, совмещающих исследовательскую работу с архивной и певческой практикой. Авторы двух сообщений сосредоточились на наследии архимандрита Матфея (Мормыля), выдающегося регента современности.

Рождественские чтения в Московской консерватории по традиции проходят в обстановке доверительности, что позволяет участникам избирать жанр своего выступления в зависимости от специфики материала и своих личностных предпочтений: в конференц-зале звучали и доклады-презентации, и воспоминания, и лирические высказывания, и монологи-размышления. Хочется поблагодарить главного организатора и ведущего конференции, Романа Александровича Насонова, за создание конструктивной и вместе с тем вольной атмосферы заседаний. Думается, традиция консерваторских Рождественских чтений будет год за годом вписывать в историю нашего вуза новые страницы, богатые научными и духовными откровениями.

Доцент Т. А. Старостина

С 70-летием Великой Победы!

Авторы :

№ 4 (1324), апрель 2015